– Пап... Мать вчера сказала одну вещь... Что ты выбрал любовь, но у этой любви нет плодов. – Мысль, которая не давала мне покоя всю ночь. – Почему у тебя и лари Лайны больше нет детей? Столько лет спустя?
– Умеет твоя мать жалить! Дело ведь не просто в том, что была ночь с наложницей. Была ночь с Майхур. Под той дрянью, что я выпил, я притащил в свои покои её, а не просто первую попавшуюся под руку девку! После всего! – под когтями боевой брони отца крошился камень перил балконной балюстрады. – Для женщин близость это либо способ устроиться в жизни, либо просто способ выразить свои чувства. Поэтому, когда эти чувства борются с обидой и болью, всё не так. Нет того огня, что наполняет твою душу! Испытав однажды, принимать простое подчинение необходимости от любимой, невозможно.
– Но столько лет...
– Сын, в наших жилах течёт кровь демонов! У нас со временем другие счёты. – Улыбнулся отец. – Страшнее, думать, что уже никогда не окунешься в это пламя вновь. Что, проявив излишнее снисхождение, позволил уничтожить что-то действительно ценное в своей жизни. А вон и обе лари возвращаются.
Я посмотрел в ту сторону, куда кивнул отец. Лари Лайна и Далли неспешно шли по дорожке сада и о чём-то разговаривали. Судя по тому, что лари остановилась у куста и начала что-то показывать на ветке, разговор шёл о всяких растениях. Вдруг один из слуг склонился перед лари и что-то ей передал, дождавшись кивка лари и Ираидалы, он ушёл к воротам.
– Что происходит? – спросил я, уже готовый идти с сад.
– Сейчас узнаем. – Отец тоже был насторожен. – А вот и ответ на твой вопрос. Твой казначей пожаловал. Заметь, ни к тебе.
– Я загрузил его работой, потребовав составить реальную опись дел каждой провинции, входящих в мой оманлир. – Объяснил я.
– А сам, как я понимаю, именно под этим предлогом намереваешься посетить Карнак? – спросил он. – Верное решение. А сейчас твой казначей, видимо пришёл к лари за советом. И она, кажется, собралась помогать... Тогда пойдём, подкину тебе причину для того, чтобы ты мог обратиться за помощью к своей лари, если уж она у тебя так серьёзно относится к ответственности перед поданными. Держи.
– Что это? – спросил я, разглядывая какие-то разметки на карте, расчёты и даже наброски.
– Когда твоя лари начала строить фонтаны, а потом взялась за гавань, первым моим желанием было, вмешаться. Но вместо меня, вмешалась Лайна, со словами, что даже во время нападения на столицу погибло меньше жителей, чем от обвалившихся домов, течений и перегревов на жаре. – Усмехнулся отец. – И вместо того, чтобы мешать твоей лари облагораживать столицу, я начал думать, где нам перекрыть подход к столице.
– Глотка...
– Да! Если сможем выстроить там крепостные башни, ни один корабль не сможет пройти. Расчеты по строительству и подготовке предоставили месяц назад. Хорошо, что ждал тепла и не начал сам. – Сел на диван отец. – Как раз покажешь вот это всё своей лари.
– Спасибо. Но, почему ты отдаешь эти бумаги мне? – удивился я. – А не занимаешься этим сам?
– Потому что мне доказывать своей лари, что я не раздолбай, в отличие от тебя, не надо! – ехидничал отец.
Глава 30.
Ираидала, лари Марид Нави.
День прибытия в столицу вышел просто по-настоящему сумасшедшим. Крики, разборки, открытия и откровения... Думала, что усну, едва голова коснется подушки. Но как назло именно сейчас одна мысль в голове сменяла другую.
В Карнаке было сложно. Не имея никаких особенных талантов, неограниченных средств под рукой и всесильных покровителей, мы пытались создать себе нормальные условия для жизни. Повезло, что геликарнакские земли действительно были очень богаты и могли прокормить гораздо больше людей, чем там проживало. От нас, наверное, только и требовалось, что вложить в эти земли свой труд.
Но была чёткая цель, план, исполнение которого, к этой цели должно было привести, и общее желание сделать свою жизнь лучше. Но при этом, это желание не выполнялось за счёт других.
А здесь, что в императорском дворце, что во дворце омана, от интриг не продохнуть! Крики, скандалы и одно сплошное враньё. Готовы утопить друг друга, лишь бы самим повыше сесть.
Нет, я сама отнюдь не полевая незабудка! Но должна же у людей быть какая-то грань? Или правило, чем ближе к власти, тем подлее и злее, срабатывает всегда и везде? Что же за совесть должна быть у человека, чтобы ради внимания мужика, будь он хоть трижды император, решиться на то, чтобы отравить соперницу? Да ещё и беременную.