Саргиз побежал по лестнице на третий этаж, туда, куда поселили дядю с тётей. Он ещё не дошёл до их комнат, а уже слышал скандал.
В комнате орала на дядю тётя Навара.
– Ну что ты там мямлишь? Ты мне что обещал? Что я буду в этом замке полной хозяйкой, что если убрать всех, то ты получишь это всё в наследство, а что выходит?
– Молчи, дура, – зашипел на неё дядя, – совсем голова пустая. Ты что орёшь, а вдруг кто-то что-то услышит? Сказал, будешь хозяйкой, значит будешь. Главное мальчишку не доводить до краёв. Сделаем из него верного и любящего, а когда придёт время, подсунем его бумажки, где он нам всё и отпишет, а потом и выкинем отсюда. Сейчас же никто тебе не мешает тут хозяйничать, главное характер свой дурной попридержи.
– Хм, а ты прав, мой милый. Микорчик, ты, как всегда, гений. Ты лучший мужчина, дорогой, – она прижалась к мужчине, и Саргиз решил, что пора уходить.
Он вернулся в свою комнату. И что теперь? Значит так, из разговора он понял, что сейчас его будут приручать, как собаку, к верности и покорности. Нет, первое время, конечно, он сможет сопротивляться, но что потом? Мало ли что они придумают? Время у них есть, и Саргиз не уверен, что сможет сдержаться. Может отец и прав? Может пора уходить, как и велел отец? Там в убежище всё есть для жизни, видимо, отец своих родственников знал намного лучше и не просто так готовил мальчику запасной план.
Уходить было страшно, и потому Саргиз тянул. Тянул месяц, потом второй, за ним и третий. Он видел, как дядя и тётя стараются втереться ему в доверие, и если бы не подслушанный разговор, он бы им поверил, потому что очень хотел поверить. Ведь он ребёнок, и ему хочется семейного тепла. Через год после переноса кувшинов с прахом родителей в склеп случилось то, что поменяло его жизнь вновь.
Дядя устроил показательный скандал с подставлением сэра Прида, и тот уволился и отбыл, но перед этим он сунул мальчику записку, где сказал, что честен и ничего никогда не берёт, у него своего хватает. Он, как и обещал, будет ждать Саргиза в городе Мрик. Мальчик понял, что его хотят изолировать, и потому ему ничего не останется, кроме как принять дядю и тётю, а значит их план может получиться.
Он не стал тянуть, и как только сэр Прид покинул особняк, Саргиз ушёл в тайные ходы. Теперь его жизнь будет в убежище, как и хотел отец.
Он не переставал наблюдать за тем, что происходит в доме.
Его искали, вначале в доме, потом в округе, и вот прибыли жандармы и сыскари из города, и поиски уже начались профессионально, но никто не смог найти ни живого, ни мёртвого мальчика.
Через три месяца прибыл императорский надзиратель с приказом от императора, и дядю с тётей забрали из особняка. А он решил, что его задача не искать общение, а обучение. Для этого у него есть прекрасная библиотека, так же он всё ещё не разобрал сундук, что был доставлен нотариусом и передан лично Саргизу. Тогда мальчик не стал рисковать и спрятал его за стену, и не зря. Дядя и тётя не один раз обыскивали его комнату в поисках этого сундучка. Надо посмотреть, что же там всё-таки такое нашёл отец, и из-за чего его с мамой убили.
Проводив взглядом колонну из солдат и карет с надзирателем и каретой дяди и тёти из окна чердака, мальчик вернулся к себе в убежище и открыл сундук.
Глава 3
В доме осталась кухарка со своей семьёй. Её муж был главным конюхом, сын работал помощником садовника, а две дочери были горничными. Им предложили и дальше жить и ухаживать за особняком, золото будет выделяться на содержание и жалование. Те не стали отказываться и остались.
Первые месяцы он просто брал что-то с кухни, а потом он заметил, что на кухонном столе ему стали оставлять еду. Он не знал, как кухарка Рига узнала, что он дома, но был благодарен ей за это. Однажды он нашёл записку, что оставили под чашкой с рагу.
"Маленький господин, мы рады, что Вы живы. Я заметила, что стали пропадать продукты, и мы с Лидом, обсудив, поняли, что только Вы могли их брать. Потому я буду оставлять Вам корзину с готовыми блюдами на столе, забирайте, когда Вам это будет удобно.
И мы рады, что Вы живы, мы верны Вам и Вашему роду".
С тех пор вечером, когда все уходили спать, он забирал корзину с едой. Так и стал жить: весь день у него уходил на изучение книг в библиотеке, он учился и учился, и учился, никто его не заставлял, но просто книги – это единственное, что ему осталось. Они были и друзьями, и теми, с кем он мог говорить. Сколько прошло времени, он не знал, перестал следить за этим, кажется, пару месяцев назад, а может и меньше или больше.