- Мы все умрем, Свифт, - сказал Кану, позволив толике своего гнева прорваться наружу. - Ни с кем из нас не будет "все в порядке". И то, что ты в наших головах, этого не изменит.
- Ты разумное животное, Кану, - дружелюбно сказал Свифт. - Ты бы не поставил нас в такое положение, если бы не думал, что есть какая-то надежда на выживание. Ты прекрасно знаешь, что колесо вращается, и что это поднимет нас еще выше.
- В наших скафандрах осталось недостаточно энергии. Вопрос только в том, что убьет нас первым - холод или разреженный воздух.
- Или, как сказала Нисса, ты можешь выбрать место высадки. Но ты этого не сделаешь. Ни у кого из вас не хватит духу бросить Гектора. Чему я рад.
- Рад? - спросил Кану.
Свифт кивнул на небо за канавкой, где яркая движущаяся искра пересекала темнеющий зенит.
- Это, если я не очень сильно ошибаюсь, сигнатура Чибеса.
Что-то затрещало в канале его шлема.
- Кану Экинья, - сказал он.
Еще один треск, тишина, затем прерывистый, нервный голос - как будто она даже не смела надеяться, что получит ответ, и была не совсем готова доверять тому, что говорили ей ее уши.
- Это Гома. С вами все в порядке?
- На данный момент. Спроси меня снова через пятнадцать часов. Это ваш корабль, который мы видим?
- Должно быть, так и есть. Мы видим ваши тепловые сигнатуры на колесе - мы отслеживали вас с того момента, как вы приводнились. Колесо поднимает вас выше - кажется, что оно вращается!
- Боюсь, это не принесет нам особой пользы, но это было лучше, чем оставаться в море.
- У вас еще есть выбор, Кану. Вы поднимаетесь к нам, и у нас есть все основания спуститься, чтобы встретиться с вами. Сможете ли вы продержаться эти пятнадцать часов? Возможно, они понадобятся вам до последней минуты.
ГЛАВА ПЯТЬДЕСЯТ ПЕРВАЯ
Потребовалось немало уговаривать капитана Васин, чтобы ввести "Мпоси" в сферу влияния лун, а еще больше - чтобы подумать о посадке где-нибудь на верхней поверхности колеса. Но даже после того, как она согласилась предпринять попытку спасения, ее технические возражения - какими бы справедливыми и обоснованными они ни были - все еще оставались в силе. Конструкция "Мпоси" была несовместима с проникновением в глубокие слои атмосферы. Корабль разорвет себя на части, или поджарится, или и то, и другое вместе, прежде чем приблизится к поверхности на расстояние тридцати километров.
Юнис утверждала, что они должны приземлиться именно на этом пороге, в тридцати километрах, молясь при этом, чтобы все без исключения переменные оказались в их пользу. Если корпус выдержит напряжения при входе в атмосферу, а двигатель не перегреется полностью...
У Васин ничего этого не было. Она согласилась бы на посадку на высоте пятидесяти километров, на полпути к вершине колеса на восходящей стороне. Но она не позволила бы "Мпоси" остаться на месте высадки. Они выгружали бы спасательную группу, позволяли им отойти на безопасное расстояние, а затем "Мпоси" снова должен был взлететь, прежде чем вращение колеса перенесло бы его над вершиной, а затем начало опускать его слишком глубоко в атмосферу при дальнейшем повороте.
- Сорок километров, если вы собираетесь усложнить себе жизнь, - сказала Юнис. - Тогда, не заходя слишком глубоко в атмосферу, вы сможете оставаться на месте по крайней мере до вершины. Мне это нравится гораздо больше, чем смотреть, как вы снова улетаете, пока мы все еще за штурвалом.
- То, что вам нравится, и то, что вы получаете, - это две разные вещи.
- По моему опыту, нет. Это космические путешествия, капитан Васин. В них нет ни одной части, которая была бы безрисковой.
- Значит, управляемый риск.
- А что, по-вашему, я делаю, если не управляю вашим риском? На сорока километрах корабль не отличит его от пятидесяти. Мы наблюдаем незначительное повышение давления - недостаточное, чтобы причинить нам вред.
- Если я дам вам сорок, вы будете настаивать на тридцати.
- Не в этот раз - я хочу жить так же сильно, как и вы. Я просто предпочла бы сделать это, зная, что мы сделали все, что в наших силах, для этих людей.
- И слона.
- Слон - тоже разумен, он один из людей. Кстати говоря, нам придется найти для него место внутри этого корабля. Если требуются срочные изменения, то сейчас самое время приступить к их внесению.
Спарринг продолжался в таком духе почти час, и ни одна из них не уступила ни одной существенной позиции. Гому это привело бы в бешенство, но правда заключалась в том, что у них еще было время принять окончательное решение. Пока "Мпоси" не оказался ближе к колесу, точная точка их посадки оставалась предметом споров. Потребовалось бы всего несколько минут, чтобы опуститься ниже или выше, в зависимости от того, кто победил.