Она продолжала наслаждаться одиночеством в комнате знаний, наслаждаясь бесконечным, детским удовольствием опускать руку в колодец и вычерпывать оттуда миры. Но вскоре даже это простое удовольствие подверглось испытанию. Айяна Лоринг и другие ученые стали появляться все чаще, используя колодец для изучения спекулятивных идей о солнечной системе Глизе 163. Ожидалось, что Гома и Ру также присоединятся к обсуждению, поделившись своими идеями и мнениями. Гома с самого начала была раздосадована, чувствуя, что больше не может организовывать свой день так, как ей хочется. Но было трудно долго сердиться на элегантную, услужливую Лоринг. Гома была очарована тем, как она двигалась, ощущением, что малейший, самый тривиальный жест был продуман и срежиссирован. Было также что-то пленительное в андрогинной красоте Лоринг, даже в глубоком, спокойном тембре ее голоса.
- Насколько я понимаю, это главная тайна, - говорила Лоринг, опускаясь на колени у колодца и опуская в него одну руку, чтобы зачерпнуть голубой шар Посейдона. - Наш суперземной водный мир. Может быть, источник сигнала? Не обязательно с поверхности, но где-то на орбите? Если вокруг него нет лун, у нас будет столь же прекрасное время, чтобы объяснить их отсутствие.
- Почему не на поверхности? - спросил Ру.
- А она будет? - У Лоринг была манера формулировать свои утверждения как вопросы, даже когда это было не так. - Просто сплошной слой воды, гораздо более глубокий, чем любой земной океан? Настоящий водный мир?
- Звучит скучно, - сказала Гома.
- Было бы так, если бы мы уже не знали, что там что-то происходит. Пока нет подробных изображений самого мира - эта сфера является предположением, не более того, - но мы знаем достаточно, чтобы быть озадаченными. Начнем с того, что здесь есть кислород - спектральные линии в атмосфере, зеленые оттенки и сигнатуры хлорофилла. Итак, жизнь? Не обязательно многоклеточная, но достаточная для поддержания кислородного цикла?
- В океанах? - спросил Ру.
- Или, может быть, поверх них? Цветы, коврики, целые плавучие массивы суши и экология?
Гома осторожно вынула сферу из руки Лоринг. Все еще было странно осознавать, что у нее между пальцами находится нанотехнология - внушающая страх, легендарная нанотехнология. И все же это казалось таким же невинным и безвредным, как глина.
- Почему не суша? - спросила она.
- Потому что ее не будет. Посейдон слишком массивен, у него слишком большая поверхностная гравитация. Континенты, горные хребты? Они расплющиваются, их душит вода. Нажмите на один из них, и он снова исчезнет, прежде чем успеете моргнуть.
- Под этим вы подразумеваете десятки миллионов лет, - сказал Ру.
Лоринг улыбнулась. - Думайте как экзобиолог. Миллион лет? Это ерунда. Было и пропало. В любом случае, я не ожидаю увидеть сушу. Но будет интересно посмотреть, что там находится. Но это не настоящая тайна.
- Нет? - спросила Гома.
- Вопрос в том, почему он не зажарился насмерть. Безудержный парниковый эффект - водяной пар, испаряющийся из этого моря, задерживает тепло в атмосфере? Цикл обратной связи - больше тепла, больше испарения?
- Очевидно, этого не произошло, - сказал Ру.
- Нет. Горячий, но не слишком. Терпимо для нас, с учетом технологий. Возможно, даже ограниченное воздействие извне. Итак: какой-то процесс терморегуляции. Жизни самой по себе, возможно, будет недостаточно для достижения этого. Кроме того, к настоящему времени Посейдон должен быть заблокирован приливом - оставаясь одной стороной к Глизе 163. Горячий с одной стороны, холодный с другой. Почему это не так? Что заставляет его вращаться? Нужно подобраться поближе, выяснить.
- Может быть, это даже не тот мир, который нас интересует, - сказала Гома, думая только о сигнале и точке его происхождения.
- Да, - ответила Лоринг.
- Это просто планета, - сказала Гома, - камень, немного газа и жидкости, и - если нам очень повезет - возможно, какие-нибудь мерзкие зеленые организмы.
- Мерзкие зеленые живые организмы!
- Ключ к разгадке в названии, - сказала Гома, получая злобное удовольствие от педантичности.
- Но жизнь - разве она сама по себе не очаровывает вас?
- Я бы сказала, что это так, - ответила Гома. - Жизнь банальна. Мы понимаем основные процессы - не исходные принципы самовоспроизводства, химию, метаболические пути. Одна и та же история повторяется снова и снова.
- Но это не делает ее менее чудесной.
- Нет, но от этого все становится менее новаторским. Растительные клетки на Крусибле не совсем похожи на растительные клетки на Земле, но и не отличаются до неузнаваемости - существует не так много механизмов молекулярного транспорта, не так много энергетических циклов, не так много способов организации клеток в более крупные структуры. Биологам не потребовалось много времени, чтобы разгадать главные тайны Крусибла - гораздо меньше времени, чем потребовалось, чтобы выяснить, как все устроено на Земле. У них уже были инструменты, идеи, и они знали, какие правильные вопросы задавать. Какой интеллектуальный кайф в том, чтобы решить головоломку дважды?