Глава 40. Крылья.
19 июля 1937 года
Поликарпов приехал в Кремль по вызову — уже не первый раз за последние месяцы.
С апреля, когда Сергей впервые побывал на авиазаводе и увидел работу конструкторского бюро, они встречались трижды. Обсуждали И-180, проблемы с двигателем, сроки. Поликарпов постепенно привыкал к странному новому Сталину — тому, который не требовал невозможного, а спрашивал, слушал, пытался понять.
Сегодняшний вызов был связан с Испанией. Сергей хотел услышать мнение конструктора о том, как его машины показывают себя в реальном бою.
В приёмной Поликарпов ждал недолго — секретарь провёл его почти сразу.
— Николай Николаевич, проходи. Садись.
Поликарпов сел, положил на колени папку с документами. Уже не так нервничал, как в первый раз — но всё равно напряжён. Привычка, выработанная годами.
— Чай?
— Благодарю, товарищ Сталин.
Сергей налил ему сам — простой жест, который каждый раз заставлял конструктора удивляться.
— Николай Николаевич, я получил новые отчёты из Испании. По нашим истребителям. Хочу обсудить.
— Слушаю, товарищ Сталин.
Сергей достал папку, разложил на столе листы с донесениями.
— Вот последние данные. Бои под Брунете, июль. Наши И-16 против немецких «Мессершмиттов».
Поликарпов взял листы, пробежал глазами.
— Потери высокие, — констатировал он. — Выше, чем весной.
— Почему?
— Немцы получили новые машины, товарищ Сталин. Bf-109B — улучшенная модификация. Мощнее мотор, лучше скороподъёмность.
— А наши И-16?
— Наши — те же, что и год назад. Тип 5, тип 6. Модернизация идёт, но медленно.
Сергей откинулся в кресле.
— Расскажи подробнее. Что происходит в воздухе?
Поликарпов достал из своей папки схемы — он явно готовился к разговору.
— Вот смотрите, товарищ Сталин. И-16, последняя модификация в Испании — тип 10. Скорость — четыреста сорок километров в час на высоте три тысячи метров. Вооружение — четыре пулемёта ШКАС. Время виража — семнадцать секунд.
Он положил рядом другой лист.
— А вот Bf-109B. Скорость — четыреста семьдесят километров в час. Вооружение — два пулемёта и одна двадцатимиллиметровая пушка. Время виража — двадцать две секунды.
— То есть наш маневреннее, но медленнее?
— Именно так. На горизонтали И-16 превосходит «мессера». Наши лётчики это используют — навязывают ближний бой, крутят виражи.
— Но?
Поликарпов потёр переносицу — жест усталого человека, который слишком долго смотрит на чертежи.
— Но немцы изменили тактику. Они больше не лезут в «собачью свалку».
Он взял карандаш, начал рисовать на чистом листе.
— Раньше истребители воевали так: увидел противника — сошёлся, закрутился в манёвренном бою. Кто ловчее — тот победил.
Нарисовал два самолёта, кружащих друг вокруг друга.
— Теперь немцы делают иначе. Набирают высоту — пять, шесть тысяч метров. Оттуда пикируют на наши машины. Бьют сверху, на большой скорости. Один заход — и уходят вверх, снова набирают высоту.
Новый рисунок — самолёт, падающий сверху на другой.
— Наши не успевают реагировать. Пока развернёшься, пока наберёшь высоту — немец уже далеко. И снова пикирует.
Сергей смотрел на рисунки. Всё это он знал — из книг, из будущего. Но одно дело читать, другое — слышать от человека, который создаёт машины.
— То есть дело не только в самолёте, но и в тактике?
— И в том, и в другом, товарищ Сталин. Тактику немцы освоили лучше — они учатся быстро. Но и самолёт играет роль. «Мессер» быстрее на пикировании, лучше набирает высоту. Догнать его на И-16 — невозможно.
Сергей встал, прошёлся по кабинету.
— Николай Николаевич, в апреле мы говорили об И-180. Как продвигается работа?
Поликарпов оживился — это была его любимая тема.
— Работа идёт, товарищ Сталин. После вашего визита на завод дело сдвинулось. Швецов обещает М-88 к сентябрю — не серийный, но рабочий образец для испытаний.
— Успеваете к концу года?
— Прототип — да. Если мотор придёт вовремя.
— А серия?
— Серия — это следующий год. Минимум полгода на доводку после первого полёта.
Он знал это — из другой жизни. Только здесь, возможно, сроки удастся сократить.
— Какие характеристики ожидаете?
— Скорость — пятьсот двадцать, может, пятьсот тридцать километров в час. Это уже выше, чем у нынешних «мессеров». Вооружение — четыре пулемёта ШКАС или два ШКАСа и два БС крупнокалиберных.
— А пушки?
Поликарпов замялся.
— С пушками сложнее, товарищ Сталин. Синхронизация, отдача, вес. Работаем над этим, но пока — не готово.