Две сотни бойцов — сто в экспериментальной форме из монгольской шерсти, сто в стандартном обмундировании. Две недели они жили в полевых условиях: ночёвки в палатках, марш-броски, учения. Октябрь выдался холодным — ночами температура падала до минус пяти, днём едва поднималась выше нуля.
Идеальные условия для проверки.
— Результаты, товарищ Сталин, — Хрулёв протянул папку. — Предварительные, но показательные.
Сергей взял, пролистал.
Таблицы, графики, цифры. Температура тела после ночёвки, время восстановления после марш-броска, количество обращений в медпункт.
— Своими словами, — сказал он. — Что показали испытания?
Хрулёв откашлялся.
— Если коротко, товарищ Сталин — разница существенная. Бойцы в шерстяной форме меньше мёрзнут, быстрее восстанавливаются, реже болеют.
— Насколько меньше?
— Обращений в медпункт с простудными симптомами — в три раза меньше. Жалоб на холод — в пять раз меньше. После ночёвки в палатке при минус трёх — группа в шерсти показала нормальную температуру тела, группа в стандартной форме — у четверти бойцов признаки переохлаждения.
Сергей кивнул.
— Хочу поговорить с людьми. Лично.
Казарма была длинной, деревянной, с печкой посередине. Бойцы выстроились вдоль стен — молодые лица, настороженные глаза. Визит Сталина на полигон — событие небывалое.
— Вольно, — сказал Сергей. — Разговор будет неформальный. Хочу услышать, как вам служилось эти две недели.
Молчание. Никто не решался заговорить первым.
— Ты, — Сергей указал на крепкого парня в первом ряду. — Как зовут?
— Красноармеец Сидоров, товарищ Сталин.
— Из какой группы?
— Из экспериментальной, товарищ Сталин. В шерстяной форме.
— Расскажи, как она. Честно, без прикрас.
Сидоров замялся, переглянулся с товарищами.
— Честно, товарищ Сталин?
— Честно.
— Тёплая. Очень тёплая. Ночью в палатке — спал как дома, хотя мороз был. И не промокает — дождь был позавчера, так форма высохла за час. А у ребят в обычной — до утра сохла.
— Неудобства есть?
— Чешется немного, товарищ Сталин. Первые дни — сильно, потом привыкаешь. И ещё — пахнет. Специфически. Овцой, что ли.
Смешки в строю. Сергей улыбнулся.
— Овцой — это терпимо. Что ещё?
— Тяжелее обычной, товарищ Сталин. На марше чувствуется. Но когда холодно — не замечаешь. Главное — тепло.
Сергей повернулся к другой стороне строя.
— А теперь — кто из стандартной группы. Ты, — указал на худощавого бойца с красным от холода носом.
— Красноармеец Петренко, товарищ Сталин.
— Как мёрзлось?
Петренко помялся.
— Сильно, товарищ Сталин. Особенно ночью. Ватник вроде тёплый, но когда намокнет — всё, считай голый. А сохнет долго. И в караул если — ноги стынут, руки стынут. К утру — зуб на зуб не попадает.
— Болел?
— Было дело, товарищ Сталин. Горло прихватило на третий день. Фельдшер таблетки дал — прошло. Но из наших многие болели. Из тех, в шерсти — почти никто.
Сергей обвёл взглядом строй.
— Вопрос для всех. Если бы вам дали выбор — какую форму носить зимой — что бы выбрали?
Ответ был единогласным. Даже те, кто не участвовал в испытаниях шерстяной формы, показывали на товарищей из экспериментальной группы.
После осмотра казарм — разговор с врачом.
Военфельдшер Коган — пожилой, в очках с толстыми стёклами — разложил на столе медицинские карты.
— Вот статистика, товарищ Сталин. Группа А — экспериментальная форма. Группа Б — стандартная.
Он водил пальцем по записям.
— Простудные заболевания: группа А — семь случаев, группа Б — двадцать три. Обморожения: группа А — ноль, группа Б — четыре случая, лёгкой степени. Общее самочувствие по опросам — группа А оценивает на четыре с плюсом, группа Б — на тройку.
— Чем объясняете разницу?
Коган снял очки, протёр.
— Шерсть, товарищ Сталин, — уникальный материал. Греет даже мокрая — в отличие от хлопка и ваты. Отводит влагу от тела. И ещё — структура волокна такая, что воздух задерживается, создаёт прослойку.
— Почему тогда армия до сих пор в хлопке?
— Дешевле, товарищ Сталин. И проще в производстве. Хлопок — наш, растёт в Средней Азии. Шерсть в таких количествах — негде взять.
— А если найти?
Коган пожал плечами.
— Тогда — только преимущества. Для зимы шерсть лучше хлопка по всем параметрам. Это не я придумал — это физика.
Обратная дорога в Москву.
Сергей сидел в машине, смотрел на пролетающие за окном поля. Первый снег — тонкий, ещё не настоящий — покрывал землю.
Результаты испытаний — убедительные. Шерсть работает. Вопрос — как масштабировать.