Роу показала ему кулак.
— Ещё слово про заячьи ушки, извращенец, и я тебя закопаю.
— Тогда ты — крутая хакерша! Точно!
Девушка хмыкнула, разжала кулак и глянула на меня.
— А вот Стас был пианистом.
— Ну спасибо, — усмехнулся я.
— А что? — Роу пожала острым плечом. — Пианисты, они тоже высокие брюнеты, как ты. Немножко кудрявые. Умные, опасно-мрачные, симпатичные…
Её перебил Орфео.
— Остановись, зайка, а то я подумаю, что ты в него влюбилась. Не-не, Терехов точно не пианист. Он игрок в покер. Ты не заметила, что он чертовски наблюдательный и, к тому же, хладнокровный, как сапёр? Один в один игрок в покер. Точно тебе говорю. Или снайпер. Наёмный убийца! У меня вообще ощущение, что когда он смотрит на кого-то, то целится ему в лоб через оптический прицел! Ха-ха!
Пока они спорили, кем я был раньше — пианистом, игроком в покер или наёмным убийцей — сам я ощущал всё больше тревоги.
Мне позарез нужно было узнать, кто я такой, кроме тех обрывков воспоминаний о дядьке, сестре и трущобах. Только одновременно с нетерпением внутри меня засело смятение. Если честно, мне просто было страшно.
Очень страшно.
Почему-то мне казалось, что в прошлом я был плохим парнем. Откуда во мне умение убивать?..
При этом никто не заставлял меня смотреть на своё досье прямо сейчас. Память всё равно восстановится в ближайшие двое суток, так что можно побыть в неведении ещё немного и придумать для себя другое прошлое. То, которое бы мне понравилось.
Можно было даже в него поверить и сказать всем, что я такой и есть. Моё досье всё равно никто больше не увидит.
Как сказала эксперт Аделин: «Для нас неважно, кем вы были раньше. Главное — кем вы будете здесь и сейчас».
По сути, в новом мире человек начинает жизнь с чистого листа, без груза прошлого. И если тот же Эббе Торгерсен захочет объявить себя капитаном команды боксёров, то он сможет это сделать, и никто никогда не узнает правды.
Через десять минут дверь кабинета открылась, и из мрака на свет вышел Эббе.
— Ну что? — тут же подскочил к нему Орфео. — Давай, говори, Эб! Не томи!
Эббе, бледный и мрачный, опустил глаза и сжал жетон в кулаке.
Роу нахмурилась.
— Если не хочешь говорить, то не говори. Для нас ты всё равно классный парень.
Эббе поднял на неё глаза и прошептал:
— Элитная школа-интернат, серый вид из окна, преддиабет, бабушка со связями в медицинской среде, сбалансированное питание без химии, бассейн по четвергам, книжный клуб по субботам. Да я бы лучше был капитаном команды поедателей пончиков из рисовой муки, чем вот это. Жизнь ровная, как прямая линия в кардиограмме мертвеца.
В приступе отвращения к самому себе он поморщился и добавил:
— Хотите совет? Не заходите в эту тёмную комнату. Поживите в неведении хотя бы сутки. Сейчас вы можете быть кем угодно.
Роу положила ладонь на его грузное покатое плечо.
— Знаешь что, Эб? А я бы хотела жить, как ты. Только вряд ли мне повезло так же.
С этими словами она вошла в комнату следующей.
Я снова посмотрел на круглую дверь, потом глянул на мрачного Эббе и в очередной раз задумался о том, что я могу узнать. Явно ничего хорошего. Вряд ли я выбегу из этой комнаты с радостными воплями.
Зато досье всколыхнёт память, и я наконец вспомню, почему тут оказался, почему боюсь высоты, почему бросил семью.
В ожидании Роу мы больше не спорили о том, кто кем будет.
Просто стояли и молчали.
Каждый думал о своём и порой косился на заветную дверь. Когда же она наконец открылась, и вышла Роу, то никто не стал на неё напирать и требовать, чтобы она рассказала о себе все подробности.
Девушка посмотрела на каждого из нас и… молча отправилась к выходу. Вообще ничего не сказала.
— Роу! — окликнул я. — Куда ты?
Она так и не обернулась. Лишь бросила на ходу:
— Вводная лекция скоро начнётся, не хочу опаздывать.
За ней отправился Эббе, понурый и ещё более грузный, чем обычно.
Я и Орфео переглянулись.
— Ну что? Ты пойдешь туда или хрен с ним, с этим досье? — спросил он тихо и без своих идиотских шуточек.
Я глянул вслед уходящим Роу и Эббе. Да уж, ничего хорошего они о себе явно не узнали.
Что же насчет меня, то я ничего хорошего и не ждал. Не от хорошей же жизни я бросил всё и отправился в Генетрон. Значит, в этом имелся какой-то смысл, и просмотр досье необходим, даже если ничего хорошего там нет.