— Всепожирающее Эхо уничтожит вашу планету.
Побледневший Зевс сразу её понял.
— Ты про Неотроп говоришь? Новая волна Неотропа будет такой силы, что уничтожит Землю? Но откуда ты знаешь? И когда это случится?
— Я не знаю, когда это случится, — ответила Сойка. — Знаю только, что удар Всепожирающего Эхо будет такой силы, что вы его не переживёте. Больше я ничего не знаю. Моё племя давно от меня отреклось, а эриды приютили. Я больше ничего тебе не скажу, воинственный скорбящий старик, потому что мне ничего не известно.
Она отвернулась от учителя, глянула на меня за линзой Малыша и заговорила уже со мной:
— Не все люминалы — убийцы. Ты показал им это на моём примере. И не все люди — убийцы. Ты показал им это на своём примере. Только что с твоей памятью? Тебе её вынули? Я заметила это ещё тогда, когда впервые увидела тебя в лесу без сознания.
Всё это прозвучало для меня настолько неожиданно, что я не поверил.
— Что за бред?.. — Мой голос из громкого и требовательного стал глухим, будто затерялся внутри утробы Малыша. — Мне вынули память?.. Что ты несёшь?
Похоже, даже учитель Зевс был в шоке от её слов.
Он уставился на Сойку так, будто верил и не верил ей одновременно. Он понимал, что врать ей незачем. Насчет моей памяти, уж точно.
К тому же, люминалы являлись сильными природными магами, а некоторые из них рождались с уникальными глазами, вроде ментального сканера. Возможно, Сойка как раз из таких? Тогда она вполне могла увидеть повреждённую память. А ещё она назвала Зевса «скорбящим стариком». Тоже что-то увидела?
В ангаре воцарилась тишина, такая плотная и удушающая, что её давление и вязкость ощущались физически.
Студенты в ужасе смотрели на всю эту сцену и молчали. Даже Морган, грёбанный отличник, не посмел рта открыть! Рожа у него была такая, будто его мир перевернулся.
Да и у меня, наверняка, была такая же.
Сойка медленно моргнула, не сводя с меня взгляда. По бисеринам её фасеточных глаз пронеслась радужная волна энергии Эхо, переливом от красного до зелёно-синего, в нём смешались все три вида энергии: Тихое, Общее и Высокое Эхо. А возможно, и ещё что-то, неведомое человеку.
— А насчёт уничтожения Земли, — заговорил я глухо, — ты говоришь правду?
— Мне жаль, что… — начала Сойка, но вдруг замолчала, едва заметно вздрогнула и рухнула на пол без сознания.
Как подкошенная!
Вокруг её головы образовался голубой световой кокон.
— Пусть поспит, бедняжка, — донеслось со стороны подъёмника у Юго-Восточной башни. — Комиссариат отменил решение насчёт её смерти. Оставим аборигенку живой до выяснения всех её интересных заявлений. А пока пусть побудет под воздействием ключа Великого Сна.
Я сразу узнал этот мягкий и вкрадчивый голос, полный неприятного и холодного добродушия.
Ну а потом убедился, что не ошибся.
В ангаре появилась комиссар Прима Сол. Полноватая брюнетка средних лет в бордовом брючном костюме и белом халате, небрежно накинутом на плечи.
Вокруг её пояса ярко горел лимб золотистого цвета — лимб эксперта. Похоже, она применила к Сойке серьёзную технику из Области Мастерства и, судя по эффекту, чертовски сильную, раз люминала скосило сном за пару секунд.
— Мне хотелось бы напомнить вам кое о чём, дорогие друзья, — добавила комиссар Сол, семеня короткими шажками по ангару и зачем-то улыбаясь.
От её милой улыбки меня пробрал морозец даже внутри био-капсулы Малыша.
— Итак, напомню о первой доктрине корпорации Генетрон, — сказала женщина, кокетливо поправляя халат на грузных плечах. — Мы называем её Доктриной Гроуз. Она гласит, что мы не просто колонизируем Эльдору и пытаемся выжить. Нет. Мы объявляем её зоной своего всеобъемлющего влияния. Все ресурсы Эльдоры принадлежат человечеству, а значит, никаких аборигенов более одного процента в рамках программы «Рождение нового человечества». Люди не будут ютиться с краю. И да, люди не ведут переговоров с люминалами, так как уже пытались договориться, но из этого ничего не вышло.
Она подошла к учителю Зевсу, бросила небрежный взгляд на Сойку, лежащую на полу, ну а потом посмотрела на студентов.
— Надеюсь, этот инцидент не повлияет на ваше восприятие реальности, дорогие ученики?
Ответ ей был не нужен, поэтому она сразу обратилась к Зевсу:
— Симона сообщила, что вам сорвали урок, Алексиос. Это правда? Директор Палатин занят, поэтому я вынуждена была вмешаться. Кто виновен в срыве?
Она задрала голову и посмотрела на меня через линзу Малыша.
— Это ново-маг Терехов сорвал вам урок, верно? Мне жаль, но мы все вынуждены признать, что его нужно сейчас же перевести в альфы, вы так не считаете, Алексиос?