Я уже открыла было рот, чтобы издать истошный вопль на весь подъезд, но его широкая ладонь мгновенно и наглухо впечаталась мне в губы, блокируя крик.
Длинный коридор был абсолютно пуст — даже извечно любопытная миссис Эргу из соседней квартиры на этот раз не соизволила высунуть свой нос, чтобы привычно поныть из-за шума, запахов еды или, звезды её дери, графиков выноса мусора. И впервые в своей жизни я готова была душу продать, лишь бы прямо сейчас увидеть её фирменный, злобный прищур.
— Я профессор Орион. Я не собираюсь причинять тебе вред, а ты не станешь кричать. Ты хочешь впустить меня внутрь. — Он плавно разжал пальцы и отступил на шаг назад. Я ошарашенно таращилась на него снизу вверх: липкий страх по-прежнему удушливой хваткой сжимал горло, но всё то дикое желание орать на весь дом и звать на помощь куда-то бесследно испарилось.
Я открыла рот, собираясь кристально ясно и твердо заявить ему, что у меня нет абсолютно никакого желания впускать левого незнакомца в нашу квартиру в полночь воскресенья, но мои собственные руки, похоже, придерживались иного мнения. Я вогнала ключ в замочную скважину и повернула его прежде, чем успела себя остановить.
— Входите, — ласково произнесла я. Что за чертовщина?! Я никогда не отличалась лаской, особенно с незнакомцами. И уж тем более — со странными незнакомцами-сталкерами.
Мистер Пижон бесцеремонно шагнул прямо в мое личное пространство, одарив меня дежурной плоской улыбкой, проследовал за мной внутрь и плотно притворил за собой дверь. Сердце бешено колотилось, ладони покрылись испариной, а внутри крепло удушливое ощущение, что я только что добровольно впустила лиса в свой собственный курятник.
ДАРСИ
Я уютно устроилась на диване в своих любимых пижамных штанах, когда входная дверь внезапно распахнулась. Я неохотно оторвалась от серии «Во все тяжкие», где как раз мысленно (и весьма подробно) конспектировала изощренные способы решения наших текущих финансовых проблем. В душе затеплилась надежда, едва Тори переступила порог, но моя улыбка мгновенно испарилась, стоило мне заметить две крайне подозрительные вещи: свирепый прищур сестры и какого-то абсолютно левого мужика, который размашистым шагом маршировал в нашу квартиру прямо за её спиной.
Я мертвой хваткой вцепилась в край дивана, пока незнакомец технично обошел Тори со стороны и одним беглым, цепким взглядом оценил масштабы нашей крошечной студии. Жар мгновенно ударил по всем клеточкам моего тела, едва его темные как грех глаза, напоминавшие тлеющие угольки, намертво приковались ко мне. Он выглядел как заправский квотербек, которого силой втиснули в дорогую приличную рубашку и серые брюки. Рукава были небрежно закатаны, выставляя напоказ мускулистые предплечья, и этот внушительный рельеф монументально продолжался от бицепсов до самых плеч, напоминавших боевой таран.
Его подбородок украшала короткая ухоженная бородка, но во всем его облике сквозила отчетливая аура юности — судя по всему, он был старше нас с Тори всего на пару-тройку лет. А это могло означать только одно…
— Ну уж нет, исключено! — я резко вскочила на ноги, воинственно ткнув пальцем в сторону дивана, который по совместительству служил единственной кроватью в нашей конуре. — Чеши к нему домой, Тор, ты что, совсем с дуба рухнула? Ты серьезно рассчитываешь, что я сейчас гордо испарюсь в туман, дабы вы двое могли осквернить наше единственное спальное место?!
Тори судорожно мотнула головой, плотно поджав губы и наградив меня тяжелым взглядом, который кристально ясно давал понять: я поняла ситуацию неверно.
— Вообще-то нет, конечно. Этот тип просто… ну, ему позарез нужно было войти, ясно?
— И с какого это перепугу его желания должны меня волновать? — озадаченно спросила я в полном замешательстве.
В этот миг я осознала, что мистер Накачанные Плечи вовсю бесцеремонно разглядывает мои пижамные штаны, а на его лице застыло выражение крайнего, издевательского веселья.
— И на что это ты уставился? — потребовала ответа я, хотя под маской праведного гнева мои щеки мгновенно залились пунцовым румянцем.
— Я-то думал, что приехал сюда арестовывать парочку восемнадцатилетних девиц. Должно быть, ошибся дверью, маленький зайчонок. — Он снисходительно хмыкнул над собственной шуткой, а я ошарашенно наклонила голову набок, чувствуя, как внутри закипает дикая ярость.