— Итак, как продвигаются успехи с развитием Ордена? — Он откинулся на спинку кресла, переплетя пальцы рук и положив их себе на живот. Ткань его футболки слегка задралась, обнажая полоску темных волос, уходящую под пояс брюк, и какая-то порочная часть моего существа предательски затрепетала от волнения.
Я заставила себя поднять взгляд и встретиться с ним глазами, сразу же заметив мелькнувшую в его лице тень издевательского веселья.
— Ну, по крайней мере, я точно знаю, что я не Оборотень, — ответила я, пожав плечами.
— Да уж, тереться в танце с одним из них с такой самоотдачей, словно тебе за это заплатили, — действительно отличный способ это выяснить. — Он наградил меня долгим, пронзительным взглядом, от которого всё внутри словно перевернулось и распуталось, как старая бечевка.
Он видел меня с Сетом. Ну конечно, он видел нас, ведь он сам был в том баре. Мне мгновенно стало невыносимо жарко, а сиденье стула показалось каменным. Я нервно заерзала, чувствуя, как его насмешка буквально прошивает мое тело насквозь.
Мне нечего было ответить на этот выпад. Я решительно не понимала, чего именно он от меня ждет. Отрицать очевидное? Глупо. Подтвердить? Излишне.
Он взял со стола ручку и принялся лениво крутить её между пальцев, мерно покачиваясь в кресле из стороны в сторону. При этом его глаза ни на секунду не отпускали мои — казалось, он пытался просверлить дорогу прямо в мой мозг и выудить оттуда всю необходимую информацию.
— И даже близость с ним не помогла пробудить в тебе волчицу? — спросил он совершенно спокойным, рассудительным тоном, словно имел полное право задавать подобные вопросы. Словно он не был моим чертовым преподавателем, и вся эта ситуация не была настолько вопиюще неподобающей, что мне хотелось закричать во весь голос.
Мои губы были сжаты так плотно, что я сомневалась, смогу ли вообще разжать их ради ответа.
— Между нами ничего не было, — процедила я сквозь зубы. — Но даже если бы и было, вас это абсолютно не касается.
Он резко подался вперед в своем кресле, и его обнаженное колено мимоходом мазнуло по моему. Сердце испуганно екнуло от этого контакта, и я судорожно уперлась пятками в пол, пытаясь незаметно отодвинуться назад.
Профессор наклонился еще ближе, продолжая удерживать мой взгляд:
— Как твой куратор, я обязан присматривать за тобой. Наследники тебя погубят, мисс Вега. Считай это дружеским предупреждением.
Ничего дружеского в его лице не было и в помине. Если бы я решила отыскать в словаре антоним к слову «дружелюбный», там наверняка красовалась бы его фотография.
Я оперлась ладонями о край стола и подалась вперед, вместо того чтобы отстраниться, как требовали инстинкты. Сердце бешено колотилось, умоляя меня бежать без оглядки. Но я не собиралась бежать. Этот тип должен был понять, что я во всем разобралась. И в стенах собственного кабинета он ничего не сможет мне сделать. Он не станет так глупо подставляться под удар. По крайней мере, именно на это я сейчас и рассчитывала.
— Как ни странно, сэр, но в последнее время ваши дела тоже начали вызывать у меня живейший интерес. — Я позволила всему напряжению этой назревающей грозы обрушиться прямо на него.
Он слегка наклонил голову, а уголок его рта пополз вверх в едва заметной ухмылке:
— Ну так не держите меня в неведении, мисс Вега. Мне до смерти хочется выслушать ту речь, которую вы подготовили для этого случая. — Он мрачно усмехнулся, и в этот момент до меня дошло: он прекрасно знает, что именно я собираюсь сказать. Ведь в пятницу ночью я уже повела себя как напуганный щенок, когда он ворвался за мной в женский туалет. Он знал, что я его боюсь. Знал, что я подозреваю его в заговоре против нас с Тори. А значит, он уже сопоставил два и два и понял, что я считаю его причастным к нападению на Джеральдину. Вот только он не догадывался, откуда у меня улики.
Я скрестила руки на груди и решила полностью отказаться от своей заготовленной речи. Черт бы его побрал, он был прав — я действительно репетировала её весь день. Поэтому я предпочла действовать максимально прямолинейно и просто вывалить на него все факты.
Я подняла руку, начиная загибать пальцы:
— Вы и Дариус ополчились против нас с Тори с самой первой секунды, как мы здесь появились. Вы тайно встречаетесь и обсуждаете планы убийства так, словно это в порядке вещей. Вы болтаете в баре с умопомрачительно красивой женщиной, которая, судя по всему, прекрасно посвящена в ваши кровавые замыслы, а затем вы как психопат зажимаете меня в женском туалете. А чуть позже тем же вечером и вы, и Дариус крайне удачно исчезаете прямо перед тем, как на Джеральдину совершают жестокое нападение, едва не стоившее ей жизни. О, и кто же по чистому совпадению оказывается первым на месте преступления? Вы. С ног до головы в крови и с отчетливым запахом корицы.