По мере того как я перечисляла пункты, брови Ориона удивленно ползли вверх, и теперь он откровенно улыбался, демонстрируя свои ямочки на щеках во всей красе.
— Корицы?
— Да, — твердо отрезала я. — Джеральдина почувствовала этот запах, а от вас пахнет именно так, так что...
Я замерла в ожидании его бурной реакции. Яростного отрицания или того, что он падет на колени, умоляя меня не идти в ФБР. Но он просто продолжал сидеть на месте, разглядывая меня так, словно я была его любимым телешоу.
— И скольким людям ты уже об этом рассказала, мисс Вега? — спросил он совершенно спокойно. Чертовски спокойно.
— Достаточному количеству человек, чтобы, если вы хоть пальцем меня тронете, вся школа узнала о ваших делах еще до полуночи. — Чувство триумфа волной разлилось по моему телу, но что-то в выражении его лица подсказывало, что окончательную победу я еще не одержала.
— Что ж, похоже, ты тратишь уйму времени на то, чтобы шпионить за мной... и, судя по всему, принюхиваться ко мне. Но я всё еще жду, когда ты выложишь улики на мой стол? — Он демонстративно опустил взгляд на мои руки, притворно ожидая, что я сейчас что-то достану, а мой желудок от этого жеста сжался. — Нет? — насмешливо поинтересовался он. — Ни видео, ни фотографии, ни аудиозаписи? Вообще никаких доказательств?
Я сидела абсолютно неподвижно, отказываясь отступать. Пусть у меня и не было прямых улик, но поимка его сотрудниками ФБР оставалась лишь вопросом времени.
Орион хладнокровно достал из сумки свой Атлас, положил его прямо передо мной и открыл новостной отчет, опубликованный меньше получаса назад.
Официально подтверждено: раны на теле студентки Академии Зодиак оставлены в результате нападения нимфы.
Чуть ниже жирным шрифтом было выведено:
Ожидается, что профессор Орион (глава кафедры Кардинальной магии в Академии Зодиак) будет представлен к Благородному ордену за отважный поступок, спасший девушке жизнь за считаные мгновения до неминуемой смерти.
— Оу... — едва слышно выдохнула я, пока мой мир с грохотом рушился вокруг меня.
— Именно — оу. А теперь мы можем вернуться к нашему занятию, или у тебя припасена еще парочка диких обвинений, которыми ты хочешь швырнуть в меня? Может, директриса Нова приторговывает наркотиками под трибунами стадиона для питбола? Или профессор Пиро устраивает поджоги в Воющем лесу? — Он коротко хохотнул над собственными словами, а я резко поднялась на ноги, в спешке опрокинув стул.
— Знаете что? С меня хватит этих консультаций. Я знаю, что слышала, сэр. И пусть на Джеральдину напали не вы, я уверена, что вы что-то замышляете. — Я решительно зашагала к выходу, но Орион в мгновение ока вырос прямо передо мной — перерезал мне путь с его вампирской скоростью.
Сердце камнем застряло в горле, пока он пристально всматривался в мое лицо.
— Не смейте меня кусать, — прорычала я, в ярости делая шаг назад. — Вы и так забрали у меня почти всё в прошлый раз, я только-только восстановила свои силы.
Его брови хмуро сошлись на переносице:
— Восстановила? Каким образом?
Я мотнула головой:
— Я не уверена.
— Что ж, в следующий раз обрати на это внимание. — Он сделал шаг вперед, и я со всей дури уперлась ладонью в его грудь, пока сердце панически колотилось.
— Не надо, — приказала я.
— Я и не собирался тебя кусать, — спокойно ответил он, и мои плечи облегченно опустились. Профессор отступил на шаг назад, указал пальцем на мой перевернутый стул и коротким взмахом заставил его подняться. — Садись. И закончим занятие.
Я растерянно посмотрела на дверь, уже решительно не понимая, чему верить в этой безумной круговерти.
— Сначала ответьте мне на один вопрос.
— Смотря на какой, — хриплым, глухим голосом отозвался он.
— Вы хотите, чтобы мы с сестрой умерли? — Я пригвоздила его к месту своим самым тяжелым, непоколебимым взглядом. Ради Тори. Ради себя самой. Я обязана была услышать его ответ, даже если это окажется чистокровной ложью.
Его взгляд неожиданно смягчился. Орион скользнул глазами по моему лицу, едва заметно нахмурившись:
— Нет, Блю. Не хочу.
ТОРИ
Вся Академия буквально гудела от предвкушения грядущего на этих выходных бала, и я против воли тоже немного заразилась этим общим волнением. Как поговаривали, профессора каждый раз из кожи вон лезли, чтобы переплюнуть прошлый год: они готовили впечатляющие магические декорации, которые на этот раз должны были отражать тему «Осени».