— Он бросил меня сразу после того, как добился своего. Я убралась оттуда так быстро, как только могла. По дороге домой я шла и плакала, из-за слез ничего не видя перед собой. Я споткнулась на тротуаре и со всего маху расшибла правое колено, как последняя неуклюжая идиотка. Той ночью я сидела на кровати, тупо глядя на этот огромный синяк, и думала: почему физическая рана может выглядеть такой яркой, багровой и болезненной, а эмоциональные травмы остаются абсолютно невидимыми для окружающих? Мне до безумия захотелось, чтобы моя боль была видна всем, как клеймо — в качестве вечного напоминания никогда больше никому не верить. И я покрасила волосы в цвет того самого синяка. Черно-синий. Моя личная, персональная рана. — Сердце болезненно сжалось и завязалось узлом, а на глаза снова навернулись слезы. Я отвернулась, чувствуя, как по венам растекается жгучий поток стыда. Я никогда не озвучивала эту часть истории даже собственной сестре, не говоря уже о Максе, который сейчас жадно упивался каждым моим словом. Но мой язык продолжал двигаться, отдавая ему всё, что он требовал. — Мой самый главный страх — снова оказаться выброшенной на обочину с растоптанным сердцем из-за слепого доверия. Поэтому я больше никогда и никого к себе не подпущу.
Воцарилась звенящая тишина. Я физически ощущала, как сила Макса выкачивает из меня все соки — и эмоциональные, и магические. Слезы успели высохнуть на моих щеках, и прикосновение его рук внезапно показалось обжигающе холодным.
Макс поднялся на ноги, оставляя нас сидеть на земле, и сделал шаг назад:
— Спасибо за угощение, Веги. Бывайте. — С этими словами он нырнул в озеро, и мои мысли мгновенно вернулись в привычное русло. Его приятели расхохотались и с восторженными криками попрыгали в воду следом за ним.
Мы с Тори еще очень долго не могли заставить себя даже посмотреть друг на друга. Мы просто сидели и молча смотрели на озерную гладь. И в ту секунду я окончательно утвердилась в мысли, что Сирены — самый отвратительный мне Орден во всей этой Академии.
***
К тому моменту, когда мы с Тори пришли на обед в Сферу, я всё ещё чувствовала себя опустошённой в магическом плане и гадала, как восполнить силы, которые забрали Сирены. Мы почти не обсуждали то, что Макс сотворил с нами; я была уверена, что сестра хочет говорить о своём страхе ничуть не больше, чем я о своём.
Заметив в углу зала Диего и Софию, мы направились к ним. В глубине души я радовалась, что Джеральдины не было здесь и она впервые не оккупировала стол в самом центре гостиной, хотя мне тут же стало стыдно за эти мысли. Нападение нимфы, судя по всему, лишило её способности исцеляться с привычной скоростью, и её сила только-только начинала восстанавливаться.
Четвёрка Наследников сидела на своём привычном диване. Стоило мне взглянуть на них, как в груди словно выросла глухая стена. Сет поймал мой взгляд и вскинул руку, приветственно помахав. Я отвернулась, не доверяя ему ни на единый процент, особенно после того, как один из его лучших друзей только что выудил из меня самые сокровенные тайны. К этому моменту Сет, скорее всего, уже знал обо всём, что я рассказала Максу, и от этой мысли меня буквально тошнило.
— Плевать на них, — процедила Тори, пока мы шли к нашему столику.
Мы сели рядом, и я немного расслабилась, обрадовавшись, когда София взяла инициативу в разговоре на себя и принялась рассказывать о своём занятии по развитию Ордена. Диего провёл эту пару в компании гарпий, и, судя по всему, повеселился куда больше нашего, летая на их спинах по небу.
— Ты ведь не решила меня проигнорировать, детка? — Сет бесцеремонно опустился на стул рядом со мной и обнял меня за талию, отчего по моему сердцу словно прошёл электрический разряд.
— Уйди, — ответила я, отодвигаясь по сиденью в попытке спастись от него.
— В чём дело? — спросил он, пока Диего и София уставились на него так, словно к нашему столу только что подсело Лохнесское чудовище.
— Словно ты сам не знаешь, — сухо бросила Тори. — И прекрати уже притворяться, будто тебе нравится Дарси. На эту удочку никто не клюнет.
От её слов моё сердце болезненно закололо, хотя я и понимала, что сестра не имела в виду ничего плохого. Но после того как Макс выпотрошил мой самый сокровенный страх, эта старая рана сейчас казалась полностью расковырянной.
— Я не это имела в виду, — быстро исправилась Тори, а Сет тем временем прижал меня к своему бедру и наклонился, свирепо глядя на мою сестру.
— И что же ты тогда имела в виду, Тор? — жестко спросил он.
— Не надо вешать мне эту лапшу. Мы близнецы, и никто не встанет между нами, — отрезала она. Я снова оттолкнула его и демонстративно пересела обратно к Тори в знак нашего единства.