Меня затрясло. В красках представив себе колоссальную высоту, которая раскинулась далеко внизу, я едва дышала.
— На счет «три» вы прыгаете. И если не сможете затормозить у самой земли, то превратитесь в лепешку. А если не прыгнете сами — мы вам поможем, — весело объяснил Сет.
— Вы что, совсем охренели?! — рявкнула я, окончательно теряя самообладание.
— Один! — выкрикнул Сет, проигнорировав меня.
Я крутила головой, паника разрывала сердце на куски. Я понятия не имела, что делать. Как я должна поймать себя силой, о существовании которой узнала всего несколько часов назад?! Я отчаянно потерла пальцы друг о друга, пытаясь снова вызвать то бурлящее ощущение магии, но оно не повиновалось.
— Два!
Тихий, но упрямый голос в голове твердил, что я обязана это сделать. Я не могла позволить себе стать слабым звеном в этой безумной стае. В любой школе всегда есть иерархия, и если я облажаюсь на первом же препятствии, то никогда не завоюю здесь свое место.
— Три!
Я сделала глубокий вдох, зажмурилась и вложила в этот прыжок остатки веры в себя.
Я прыгнула.
Мои ступни мгновенно коснулись пола. Кто-то резко сорвал с моей головы холщовый мешок, и уши заложило от громогласного хохота. Потребовалась мучительно долгая секунда, чтобы до меня дошло: я только что прыгнула со скромной тридцатисантиметровой ступеньки в самом центре забитого людьми зала. Всех остальных первокурсников заранее отвели в сторону, чтобы они посмотрели на этот цирк. На меня одну.
Краска стыда обожгла щеки, шею — абсолютно всё тело. Мне хотелось провалиться сквозь землю, спрятаться от их насмешливых глаз и никогда больше не вылезать.
Ледяной ветер, который я чувствовала, на самом деле создавали своими вытянутыми ладонями несколько старшекурсников. Теперь, когда их жестокая шутка удалась, ветер утих, а сами они буквально корчились в истерике. Первокурсники ржали ничуть не тише, комкая в кулаках свои черные мешки.
В круг шагнул Сет, расплываясь в своей волчьей ухмылке.
— Это вообще-то не смешно, — выпалила я, пытаясь выдавить ответную улыбку, чтобы сгладить позор.
Он резко перехватил мое запястье и дернул на себя, снова бесцеремонно распуская руки. От обжигающего, яростного взгляда, которым он меня наградил, моя вымученная улыбка рухнула вниз, как тяжелый кирпич.
— Знаешь, что на самом деле не смешно? — прорычал он прямо мне в лицо, и его глаза превратились в две пустые, полные жестокости бездны. — То, что вы с сестрой приперлись сюда, чтобы прибрать к рукам наш трон. Мы пахали как проклятые, чтобы заслужить это право. Наши четыре семьи правили Солярией почти двадцать лет с момента падения короля Вега, и королевству от этого стало только лучше. Наши родители делят власть между собой, и мы, как сыновья Небесного Совета, скоро снимем с их плеч эту ответственность. Так что мы не намерены сидеть сложа руки и смотреть, как вы забираете престол и превращаете Солярию в то дерьмо, каким она была при вашем папаше.
В его поведении не осталось и следа прежнего дружелюбия или простого любопытства. Им двигало лишь эгоистичное собственничество и стремление жестоко меня унизить.
От его слов мои мысли закружились в отчаянном, бешеном вихре, пока я пыталась осознать масштаб катастрофы.
— Мне не нужен ваш трон! — Я попыталась силой вырвать запястье из его хватки, но он держал намертво.
Он развернул меня лицом к залу:
— Эй, народ! Кто за то, чтобы в этот раз по-настоящему сбросить её с башни?
— Что?! — ахнула я, пока весь Дом Аэр разразился одобрительным ревом. — Убери от меня свои грабли! — Я попыталась ударить Сета плечом, но он этого даже не заметил, потащив меня через просторную гостиную из серого камня, заставленную шерстяными коврами и креслами кремового цвета. Он упорно тащил меня к огромным стеклянным дверям, ведущим на балкон, и страх охватил меня подобно лесному пожару.
Старшекурсники хлынули за нами следом. Сет силой вытолкнул меня к самому краю балкона, где невысокий каменный парапет отделял нас от бездонной пустоты.
— Ты что, совсем больной?! — отчаянно закричала я, пытаясь отодрать его пальцы от своей одежды.
Девчонки, которые только что вешались на него, задрали головы к небу и начали выть по-волчьи. От этого пронзительного жуткого звука мое сердце пустилось вскачь.
Я впилась ногтями в руки Сета, но он без труда поднял меня и выставил прямо на парапет.
Я застыла на узком выступе, наотрез отказываясь смотреть вниз. Вместо этого я во все глаза глядела сквозь стеклянные окна на гостиную, где толпа студентов Аэр буквально дралась за право высунуться наружу и посмотреть на шоу.