— Пожалуй, сегодня я воздержусь, особенно после событий прошлых выходных, — напомнила я ему. Я и халявный бар — далеко не самое безопасное сочетание, а мои танцы на столе с последующим феерическим падением сложно было назвать поводом для гордости. У меня на заднице до сих пор красовался сочный лиловый синяк размером с добрый штат Юта.
— Ну, в один из этих дней я бы мог…
— Свали. — Мужчина рядом со мной процедил это настолько раздраженно, что Джои, не издав ни единого слова протеста, моментально ретировался в самый дальний конец стойки.
Я удивленно вскинула бровь от такой неприкрытой грубости, но незнакомцу, похоже, было глубоко плевать. Я мысленно решила, что по его венам течет слишком концентрированная кровь козла, чтобы он вообще замечал подобные мелочи.
— Что ж, полагаю, для меня это тоже знак, — бросила я, лихо соскакивая со стула и снова втискиваясь в плотную толпу кожаных курток.
Мистер Дорогая Рубашка опять мертвой хваткой сгреб мое предплечье и что-то сказал, но его слова начисто утонули в гуле голосов и грохоте музыки.
— Руки убрал, блядь! — огрызнулась я, резким движением выкручивая руку из его захвата и буквально заныривая вглубь человеческого месива. Кое-кто из банды Джои услышал мой окрик и вовремя перегородил дорогу мистеру Пижону, когда тот попытался ринуться за мной следом.
Пользуясь идеальным моментом для побега, я пулей рванула к выходу. Полнолуние, не иначе — вечно в такие ночи выползают всякие настырные фрики.
Я упорно игнорировала любые взгляды, которые летели в мою сторону, пока пересекала забитый до отказа бар. Пить мне сегодня совершенно не хотелось. Единственное, чего я страстно желала — это поскорее вернуться домой и во всей красе продемонстрировать Дарси честно заработанную наличку.
Восемьсот долларов. Я со вздохом пощупала конверт в кармане, который был как минимум вдвое худее, чем мне того хотелось. В следующий раз придется нацеливаться на что-то менее приметное и эксклюзивное.
Впрочем, стоило мне вспомнить ту безумную поездку, в которой я доставила байк сюда, как на моих губах сама собой расплылась легкая улыбка. Ладно, пускай куш оказался не совсем таким, о каком я мечтала. Но, черт возьми, до чего же это была хорошая поездка.
Улицу перед баром по привычке украшала дежурная шеренга местных козлов, пафосно позировавших на фоне своих «Харлей-Дэвидсонов» и сверкавших крайне паршивой растительностью на лице. Парочка парней помоложе окинули меня весьма заинтересованными взглядами, и я принялась лихорадочно соображать, как бы мне сегодня пропустить поездку на автобусе.
— Кто-нибудь из вас, парней, хочет показать мне, на что способны ваши монстры? — спросила я с улыбкой, которая была стократ милее моего истинного характера.
Мою физиономию здесь знали достаточно хорошо, что обеспечивало мне определенный лимит доверия среди членов банды, хотя я сразу кристально ясно дала им понять, что вступать в их ряды у меня нет ни малейшего интереса.
— А что мне за это обломится? — лениво поинтересовался тип с усами как у заправского злодея.
Ни хера из того, на что ты надеешься, придурок.
— В какую сторону тебе ехать? — подал голос парень с куда менее омерзительной миной. На его лице вообще не было никакой щетины — возможно, потому что она у него чисто физически еще не была способна расти, но это было даже к лучшему. Молодость и надежда в любой день недели выигрывали у старости и похоти. На поверку он оказался вполне симпатичным, да еще и при байке — так что два жирных плюса он от меня уже получил.
— Чуть дальше Ривердейла, на южной стороне, — с надеждой ответила я. На мотоцикле это было от силы минут пятнадцать езды, зато на той ржавой консервной банке, пропахшей уриной, которая у нас гордо именовалась автобусом, пришлось бы трястись добрый час.
— Тогда прыгай сзади, — улыбнулся Малыш, выкатывая свой мотоцикл из шеренги и лихо перекидывая ногу через сиденье, пока я подходила ближе.
Я оценивающе оглядела его транспорт:
— Отличный тюнинг, чувак, — улыбнулась я. — Либо ты спускаешь прорву денег в мастерских, либо сам чертовски круто шаришь в движках и инструментах.
— Спасибо, я всё сделал сам, — ухмыльнулся он в ответ. Мой типаж.
Я ловко скользнула на сиденье позади него, покрепче обхватив руками его талию, едва он завел мотор.
Мистер Дорогая Рубашка выскочил из дверей бара ровно в ту секунду, когда двигатель под нами победно заревел, и его темный, тяжелый взгляд намертво приковался ко мне. Он выглядел более чем взбешенным, когда сделал резкий шаг в нашу сторону, выкрикивая что-то, чего я физически не могла разобрать из-за грохота мотора.