- Я уже вчера все приготовила к сегодняшнему дню и попросила тетю Звару подать завтрак, так что все сделано.
- Вы хотели собрать фиалок?
- Да, отец и бабушка Симонова их очень любят. Но мне прежде всего хотелось побыть одной.
- Это почему же, Аннушка?
Пастор отодвинулся, приглашая ее сесть на каменную скамью. Места было достаточно, и она поставила свою корзинку около себя. Ему хотелось слушать и слушать ее, потому что ему очень нравился ее серебристый голосок. Она открыто посмотрела на него:
- Сегодня Страстная пятница; в тот раз Иисус Христос весь день был так одинок! Все ученики Его оставили. Одиноким Он стоял перед Пилатом, одиноким Он шел путем страданий, одиноким Он был на кресте и одиноким - в гробу. А потом люди чувствовали себя такими одинокими, когда не могли Его найти ни на земле, ни на небе.
Пастор молча кивнул головой.
- Странная мысль, но вы правы: ни на земле, ни на небе. И еще что вы думали об этом одиночестве, Аннушка?
- Я подумала, что сегодня весь мир об этом размышляет. Мне казалось, что сегодня даже воды Вага поют: "Умер, умер Иисус, Сын Божий". Затем я взглянула на зеленый холм, и мне показалось, будто он мне рассказывает, как Агнец Божий однажды, после тяжелой борьбы, покоился в черной земле. Я выучила песню, которую господин X. прислал нам на той неделе и которая так подходит к этому моменту.
- Вы можете ее спеть? Тогда спойте и помогите жаворонку хвалить Его.
Девушка сложила руки, и ее чистый голос зазвучал в тихой долине. Волны Вага, подхватив песню, понесли ее дальше:
У креста хочу стоять,
Созерцать душою,
Как с Голгофы благодать
В мир течет рекою.
Припев: У креста, у креста честь моя и слава.
Там спасенья полнота, на блаженство право.
У креста открылся мне
Кроткий Агнец Божий,
Он привлек меня к Себе,
Стал всего дороже.
У креста я буду ждать
С верой и надеждой,
Пока Бог велит принять
В царство безмятежных.
После того как девушка допела песню, пастор поднял склоненную голову и молодые люди внезапно встали, осознав святость момента, когда они, мысленно пройдя столетия назад, побывали непосредственно на Голгофе, где Агнец Божий склонился к ним с креста и благословил их. Безмолвно они оставили это тихое местечко и молча пошли домой. Приблизившись к ограде Янковского, пастор взял руку девушки и сказал: "Я благодарю вас, Аннушка!" Она, улыбнувшись, сказала, что ей пора домой, и убежала, а он еще долго смотрел ей вслед.
Бывают в жизни прекрасные незабываемые моменты - в этом сегодня убедился и пастор.
Глава 16
В день Страстной пятницы учитель Людвиг Галь сидел со своей молодой женой Ольгой в комнате. Отношения между супругами были самые сердечные, они искренно любили друг друга, особенно пережив преждевременное рождение и неожиданную смерть своего ребенка. Матери эта потеря чуть ли не стоила жизни, и муж очень боялся, что лишится и жены. Из-за этих событий молодой женщине пришлось оставить свою работу в гимнастическом обществе, которое и без того едва существовало. Прежний пастор был его почетным членом и горячо поддерживал начинания учителя. К сожалению, у пастора Морга-ча не было никакого интереса к национальной гимнастике, и учитель не возлагал на него никаких надежд в этом деле. Потом на село обрушился испанский грипп, который вырвал из их среды четырех самых активных из детской группы и двух лучших взрослых гимнастов, и учитель Галь вдруг почувствовал себя очень уставшим. А тут еще в предрождественское время началось это странное религиозное движение. Воскресений в масленицу было мало, и интерес к гимнастике, вместо того чтобы расти, все больше исчезал, особенно потому, что несколько гимнасток готовились к свадьбе. Все это мучило учителя.
Он решил объявить молодежи что в понедельник, после Пасхи, гимнастическое общество возобновит свою работу. Он надеялся, что прогулка с ритмическими танцами сможет пробудить новый интерес к гимнастике. Уже две недели назад он об этом говорил со своей женой. И сейчас он размышлял об этом же.
Жена учителя, отдыхавшая на софе, думала о том же. Вдруг она воскликнула:
- Людвиг, прошу тебя, иди сюда!
Он подошел, сел на низенький стульчик у изголовья софы.
- Что ты хочешь, Оленька?
- Снять с тебя заботы, обременяющие тебя.
- А ты это заметила? Да, меня беспокоит наше общество.