- Я не возражаю, это будет еще лучше. Благодарю вас заранее!
Так как история страданий Христа должна была читаться лишь после полудня, церковь в Зоровце наполнилась так же, как утром.
Никогда еще прихожане не слышали, чтобы так читались священные слова, как сегодня. Но и песни никогда еще так не звучали, как сегодня. Орган лишь тихо сопровождал пение молодежи. Потом, при чтении Евангелия от Марка (15:1 - 14), раздались мощные звуки органа, и вдруг с хоров зазвучала песня, которую здесь еще не слыхали: На далеком холме старый крест виден мне, Знак позора, страданий и мук. О кресте мы поем потому, что на нем Был распят лучший грешников Друг.
И дальше один серебристый голос, сопровождаемый тихими звуками органа, пропел припев: Старый крест осудил суету, Дал покой для усталых сердец.
Я душою прильнул ко кресту, Чрез него обрету я венец.
И снова запели молодые голоса, и так чисто, что каждое слово было понятно:
Старый крест позабыт,
Мир в погибель спешит.
Крест Христов - наша сила и честь.
Вечный с неба сходил,
На земле в теле жил,
Чтоб его на Голгофу отнесть.
Старый крест обагрен,
Но не страшен мне он,
В нем открылась мне Божья любовь.
Кровь Иисуса Христа
Пролилася с креста,
Чтоб меня искупить от грехов.
Между строфами серебристый голос Аннушки повторял припев, и в завершение весь хор молодых голосов с воодушевлением и силой выразил свое призвание: Старый крест возвещать И к Христу призывать - Вот на что я себя отдаю. По скитанье земном Перейду в вечный дом, Он меня примет в славу свою.
Медленно замирали звуки органа, и после короткого молчания пастор продолжил чтение слова о страданиях Христа. Учитель Галь сложил руки на пюпитр для нот, склонив на них голову. Он что-то беззвучно шептал, но там, куда его слова были направлены, они были услышаны и поняты.
Когда пастор после богослужения сидел в ризнице и что-то записывал, дверь тихо открылась, и вошел учитель:
- Прошу вас уделить мне несколько минут внимания!
- О да! Но позвольте мне прежде поблагодарить вас за хорошую песню!
- Вы - меня? Я вас должен благодарить!
Когда они через полчаса вместе оставили ризницу, было трудно сказать, чье лицо светилось больше. Прощаясь, они сердечно и долго пожимали друг другу руки, так что прощанье скорей было похоже на радостную встречу.
Во время захода солнца в большом саду у дома пастора, под старой грушей, собрались друзья. Это были старые и молодые крестьяне, мужчины и женщины, которые уже приняли в свое сердце Иисуса.
К великой радости Аннушки, пришли и ее друзья из школы. Очень просто и непринужденно шла в этом небольшом обществе беседа.
Каждый пришел будто сам по себе, по своему собственному делу; но так как дело каждого оказалось общим, оно в общем и могло решиться. Комната пастора всех пришедших вместить не могла, поэтому Мартын Ужеров предложил выйти в сад.
Молодежь в один момент принесла из дома пастора и из школы столы и скамьи, и собрание началось. Одни сидели, другие стояли во-круг пастора, и потом начались рассказы о том, как кто искал и нашел Спасителя. Супруги Рашовы сообщили, что они в Америке посетили словацкую общину конгрегационистов, где многие считали их обращенными. Но только сегодня они поняли, что значит действительно принять Иисуса Христа в свое сердце. Уже в предрождественское время Он сильно стучался в двери их сердец, но они все не решались открыть Ему. Сегодня утром они во время проповеди упали к Его ногам, там, на Голгофе, прося простить их грехи.
Придя домой, они признались друг другу в этом, но лишь после полудня, на собрании, они поняли, что этого еще недостаточно и что они должны еще что-то сделать. Итак, они решили отдать свое сердце Иисусу, и Он вошел и живет теперь в них. Из семейства Ужеровых говорили старые и молодые, в том числе и бабушка, рассказывая, когда и как они пришли к Господу. Чудесно было, что Господь привлекал к себе целые семьи. У Ключевских отец, мать, сын и дочь в предпасхальное время приняли Христа, у Боротовых - отец и дочь, у Костыльных - мать и сын. Так что обращенными были теперь не только семьи Янковского, Звары и Сенина. Всех очень обрадовало, что к ним присоединились и учитель Галь с женой. Из семьи Миловых к Богу пришел только сам староста, хотя сначала казалось, что жена его придет первой.
А пастор Моргач одиноко стоял среди них. Неужели он так и останется один?
Мать его с ранней молодости была очень порядочным и честным человеком. И сейчас поведение сына ей очень не нравилось. "Сначала Август зачем-то с тем книгоношей возился и спорил, а потом на похоронах этого несчастного пастуха так опростоволосился! Перед всей общиной признался, что сам не имеет того, что проповедует! Что скажут на это другие пасторы? Всегда он был порядочным пастором, а теперь он связался с этой сектой!" - размышляла мать, сидя у окна и наблюдая за сыном и за собранием в саду. "За чем они собрались? Этого раньше никогда не было! О чем они совещаются?