Они, конечно же, возвращались в свою пещеру. В их дом, в их мир. Неразделённый ни с кем мир. Под защитой толстых скал, открытый солнечному свету и свежему морскому воздуху. Трудно себе представить более удобную для человеческого жилья пещеру. В которой могут построить свой мир мужчина и женщина. Защищённые и отдалённые от всего, что им не нужно в их мире. Они проявляют благоразумность, не забывая об осторожности. Не бывает чрезмерной защиты, ни одно расстояние не может быть достаточно безопасным. Столько разных сил и течений в мире. Желаний, страстей, необходимостей. Бесконечное множество. Ничего им не стоит смести на своём пути осмелившихся построить свой мир мужчину и женщину. Они проявляют благоразумность, не забывая об осторожности.
Дома Алиса ловко приготавливала еду. Он помогал, как мог. Разделывал добычу удобным ножом с каменным лезвием и деревянной ручкой. Очень умело изготовленным ножом. Он думал о его происхождении. Он был уверен, что это не Алиса, кто сделал его. Такой нож могут сделать только руки, специально обученные передаваемому из поколения в поколение ремеслу. Нужно знать, как выбрать правильный камень, правильное дерево. Нужно знать, как всё подогнать и скрепить. Удивительно удобное орудие. Не чета, конечно, его разбойничьему ножу, в который не вложено столько умения. Впрочем, возможно, в его нож много больше вложено. Он почти забыл про него. Пускай себе лежит. Он не хотел вызывать испуг на лице Алисы. Обойдёмся.
В один день они отправились к океану, собирать рачков и ракушки. То, что Алиса делала в день их первой встречи. Он прихватил своё копьё и удивил подружку ловкостью, с которой поймал две крупные рыбы. Вечером их ожидало лакомство. Он осматривался по сторонам, вспоминая о своей лодке. Он не знал, что будет делать, если вдруг увидит её. Он опасался, что она испугает Алису ещё сильней. В ней не было ничего из того, что ему было нужно. Разве что кофе, о котором он вспоминал иногда по утрам, и нескольких бутылок виски, о которых он вспоминал иногда по вечерам, после сытного ужина.
Вместо вечернего виски у них были проводы солнца. Иногда из пещеры, чаще на берегу океана. Огромный красный диск. Всегда одинаковый и всегда разный. Алиса склоняла голову и произносила что-то очень тихое и невнятное. Песню, молитву? Он лежал у ног своей подруги, слышал её голос и смотрел на заходящее солнце. Солнце у нас одно. Одно на всех. Нельзя придумать другое солнце. Мы все под одним солнцем, оно светит нам всем одинаково. Кто ещё есть на свете? Наблюдает за этим солнцем? Наверно. Он не имел никакого представления о том, где находится, в какой точке планеты, какой планеты. Он был счастлив. Он знал, что счастлив потому, что с ним рядом эта женщина. Она сделала этот мир гостеприимным. Лес, море, ветер, солнце. Она знает, что нужно делать и что нельзя. Чего нужно бояться, чего нужно избегать. Как строить свой мир. Нагая женщина с упругим смуглым телом, мягкими руками, мягкими губами и прекрасными, всё понимающими глазами. Он бережно укладывал её на песок.
Когда Алиса показала ему все свои ловушки, он стал отправляться на охоту один. Ему это очень нравилось – быть одному. В безлюдном лесу. Сначала он ходил по маршрутам Алисы, проверял ловушки. В них попадалась живность. У неё всё устроено умело и рационально, у этой женщины. Кто-то научил её этому. Может, это лес создал её и обучил? Всему, что она знает. Она много знает и умеет, его женщина. На неё можно положиться. Кто-то научил её всему этому. Он никогда не узнает кто. Для этого им нужны слова. Они оба опасаются слов, которые могут перевернуть всё вверх ногами. Он просто ходил по маршрутам Алисы. Вытаскивал добычу, свернув ей предварительно шею. Мелкой птице, мелкому зверьку. Как раз на сытный ужин одному мужчине и одной женщине. У женщины стал вдруг разыгрываться аппетит.
Он ловил рыбу своим любимым копьём. Никогда у него не будет лучшего копья. Такое бывает только одно в жизни. Идеально сбалансированное по его руке. Копьём намного интересней, чем удочкой. При таком обилии непуганой рыбы. Он ловил рыбу чаще всего в океане. Вдыхал свежий воздух и всматривался иногда в линию горизонта. Она его не манила. Далёкая линия между водой и небом. Не манила. Все обещания здесь, с ним. Там нет ничего, что он может желать. От неё можно ожидать только прихода нежеланных вестей. Она не манила. Тонкая линия.