Изориус вскочил со стула и с изумлением взирал на меня. Я же в оцепенении смотрел на труп врага, недоумевая, откуда вдруг взялась во мне эта внезапная жестокость, а вместе с ней и смертоносная отточенность движений. Но долго размышлять мне над этим не пришлось.
Неожиданно мы услышали встревоженный возглас из-за открытой двери:
— Дариан, ты внутри? Я уже вернулся. Объявлен срочный сбор всех боеспособных воинов у дворца.
По всей видимости, один из охранников после неординарных событий на Арене отправился разузнать обстановку и сейчас возвратился обратно, чтобы поделиться информацией со своим напарником. Говоривший появился в проёме двери и, увидев бездыханное тело своего товарища, распростёртое на полу хижины, а также окровавленный меч в моей руке, моментально оценил положение и выхватил свой клинок из ножен.
— Предатель! — презрительно бросил он в сторону Изориуса. — Убирайся с дороги, жирная мразь. И не мешай мне убивать этого отщепенца.
Он обхватил рукоять меча двумя руками и медленными шагами начал приближаться ко мне. Ещё во время нашего следования от тюремного барака до жилища лекаря я по сетке морщин вокруг его глаз определил, что ему было уже далеко за сорок. Передо мной находился закалённый в боях ветеран. И он был твёрдо намерен уничтожить меня. Периферийным зрением я заметил, как Изориус испуганно попятился к стене, и мне стало ясно, что в этот раз на его помощь рассчитывать не придётся. Я попытался вспомнить те уроки фехтования, которые получил в молодости, а также свои многочисленные сражения в виртуальных мирах Игры, но потом отбросил все мысли в сторону, решив полагаться только на инстинкты. Поразительно, но я совсем не чувствовал страха. В тот момент я желал только одного: как можно скорее покинуть и этот дом, и Цитадель ангелов.
Тем временем стражник уже приблизился ко мне почти на расстояние удара, и я принял защитную позицию. Он с удивлением посмотрел на меня и сразу же замедлил своё движение. Видимо, он совсем не ожидал, что мне знакома техника владения мечом, и рассчитывал на лёгкую победу. Наконец, поборов сомнения, ангел с криком бросился на меня. Он стал наносить тяжёлые рубящие удары под разными углами, и мне пришлось напрячь все свои силы, чтобы блокировать их своим мечом. Мне было бы намного легче отражать его атаки, если бы в моём распоряжении был щит, но за неимением такового, приходилось рассчитывать только на скорость своей реакции. Мой оппонент был значительно крупнее меня, и, вероятно, поэтому он решил положиться не на ловкость, а на грубую физическую силу. Эта нехитрая тактика в конце концов обернулась для него роковой ошибкой. Скорее всего, он решил для начала истощить мои силы мощными ударами и затем, когда я уже буду окончательно ослаблен его натиском, быстро покончить со мной. Я разгадал его простой план и решил подыграть ему.
Парируя его яростные атаки, я осторожно отступал к дальней стене хижины и выжидал момент, чтобы использовать его же силу против него самого. В какой-то момент стражник потерял бдительность и, чувствуя своё мнимое превосходство, широко размахнулся, чтобы нанести мне сильный удар сверху. Но на этот раз вместо жёсткого блока я подставил меч под нисходящим углом, и клинок ангела соскользнул с лезвия моего меча, потянув по инерции вниз за собой своего хозяина. Уловив этот момент, я развернулся и, прокрутив стальное оружие в воздухе, рубанул им по диагонали прямо в шею наклонившегося вперёд противника, вложив в удар всю свою силу. Лезвие моего клинка без труда рассекло его плоть, и кровь густым потоком хлынула из перерубленной шеи. Голова упала на пол, а потом прямо на неё грохнулось и тело.
Я устало опустил свой меч и вытер свободной рукой пот с лица.
— Кай, а ты отличный боец! Ты сейчас в открытой схватке победил Симона. Он был сильным и уважаемым воином. Теорис говорил мне, что Артис называл тебя трусом на допросе у Одреда. Теперь я вижу, что принц глубоко ошибался… — с насторожённым интересом посмотрев на меня, сказал Изориус.
Поморщившись от неприятной мне похвалы, я промолвил:
— Не подразумевал, что буду способен на такое. Я искренне сожалею, что обстоятельства вынуждают меня совершать подобные поступки…
— Нам надо уходить, Кай. Немедленно.
— Ты прав. Нам пора, мы и так задержались здесь слишком долго.
Лекарь подхватил две сумки, стоявшие у кровати, и закинул их себе за спину.