Василий заволновался. Котенок столкнул моток ниток с дивана и теперь гонял его по полу, изредка останавливаясь и вскидывая голову на Василия, как бы предлагая участвовать в игре.
— Расскажите о нем что-нибудь, Лушенька? — Водка начала понемногу действовать, теплой волной накатывало на душу.
— Чего рассказать? Право, не знаю. В моей жизни поучительного мало. — Хозяйка опять сдвинула брови и вдруг с обидою в голосе поделилась: — Ух и натерпелась от мужика. С придурью был человек. Людей на хорошее тянет, а его, как беса, — на плохое.
— А дети были у вас? — поинтересовался Василий.
— Нет! Не было! Видно, дом такой несчастливый, если Бог детей нам не дал!..
— Рассказывайте, Луша, дальше, я слушаю! — попросил Василий, косясь на мучительно-волнующее колено хозяйки.
«Все хорошо, прекрасная маркиза!» — пропел про себя Василий и посмотрел в другую комнату, вновь увидел двухспальную кровать, тут же зевнул, но приготовился слушать.
Она хотела рассказать о себе, о том, как скучно живется одной в таком огромном доме, особенно зимой, когда ночи очень длинные и вой ветра за окном навевает ужасную тоску. Но начала совсем о другом — о своей супружеской жизни.
Василий вновь закурил, затянулся и медленно, через нос, выпустил дым. Он видел себя уже в постели, а рядом упругое, но податливое тело хозяйки.
Луша вытерла насухо стол и опять уселась на диван и стала продолжать свой рассказ.
— Вот… видите, — как бы оправдываясь, говорила женщина, — сколь придурел человек! Будто нечистый водил его по земле. А чем кончил!
— А чем, интересно? — спросил Василий, а сам подумал: «Хоть бы скорее кончалась эта эпопея!» Он снова зевнул, положил руки на стол, на них оперся подбородком.
Котенок попробовал запрыгнуть ему на колени, но он столкнул его недовольно.
— А кончилось тем, что он уехал в дальний колхоз и зашел со значительным видом к председателю. Представился начальником строительного управления. Председатель встал, поздоровался за руку. Мой сел, поправил галстук, достал из портфеля какие-то справочники и начал что-то высчитывать, хотя образование пустяк у него — всего восемь классов. Потом убрал справочники в портфель, почесал за ухом. Председатель внимательно следил за ним и уважительно молчал — как же, большой гость пожаловал, — ждал распоряжений.
Утром председатель выгнал бригаду на трассу и заставил пилить столбы. Он боялся, как бы не опередил сосед. Когда из города приехало начальство, работа была завершена. Колхоз надолго остался без света. Вот так мой голубь и подзалетел на пять лет.
Василий слушал и молчал. «Ну и командировка, — думал он. — Рассказ, что ли, написать? А что, неплохой получится!..»
Хозяйка тоже молчала. По всему было видно, что воспоминание сильно подействовало на нее. Василий почувствовал, в какое неловкое положение он попал. Хотел заговорить, но разговора на этот раз не получилось, словно он сделал что-то нехорошее. Ему захотелось встать и уйти, но куда? За окном ночь, слякоть. Василий в который раз проклинал командировку и редактора, пославшего корреспондента к черту на кулички.
— Спасибо за ужин, — наконец-то выдавил Василий. Он уже не смотрел на двухспальную кровать. Все как-то сразу расхотелось.
Хозяйка при этом вздрогнула, пожала плечами и улыбнулась. Но улыбка у нее получилась грустная: что ни говори, былое сильно встревожило ее. «Видимо, она до сих пор любит мужа, — как-то нереально, подсознательно подумал Василий. — Истосковалась баба по ласке, в какой-то миг расслабилась».
— Я вам постелю на кровати, — сказала женщина просто, чуть покраснев и заходила по комнате туда-сюда, ища чего-то.
— Зачем, не надо, — взволновался Василий и испуганно вскочил.
— Да вы не думайте, у меня чисто, — умоляюще произнесла хозяйка и покраснела сильнее. — Вы первый у меня гость.
— Я не про это. Лучше в сенях постелите. Или вот здесь, на лавке.
— Не беспокойтесь, я к соседке уйду, — догадалась хозяйка, блеснула глазами и тихо сказала: — А вы, однако, стеснительный. Так я на кровати постелю?
Василий облегченно вздохнул. «Пусть думает что хочет. Я не паразит!.. Не сволочь!..»
Хозяйка расправила кровать, надела кожаное пальто и, уже держась за ручку двери, сказала:
— Завтра мне чуть свет на работу. Я воспитатель детского сада. Так вы, уходя, подоприте дверь палкою. Спокойной ночи, Вася!
Утром он собрал нужный материал и опять на катере уехал в город.