- Да, мастер, - кивнул Томас, успевший обрадоваться, чем пахнут новые перспективы. Нет, против тяжелой работы он ничего не имел против, впервые за всю свою жизнь, он каждый день плотно ел, и спал в теплоте, он был очень благодарен, за то что ему позволяют так жить, тем более, все остальные помощники мастера, с ним были учтивы и никто не повышал голос, какую бы глупость во время работы, он не совершил.
- Зик, подождите с Томасом Германа на улице, я скоро его отпущу, - приказал старик.
Но Томасу не нужна была отдельная просьба и он первый вышел из комнаты, гадая, чему его будет учить Герман, уж точно не как правильно засыпать уголь под жаркие кладовые.
- Мастер, зачем вы мне вешаете на шею эту обузу, - скривился Герман, делая очередной глоток своего напитка.
- Ты же сам собрался выпить, Алый Трунт, а если ты загнешься? То кто будет выполнять твою работу? Или ты об этом не подумал? - гневно поинтересовался старик.
- Да ничего со мной не будет, - отмахнулся мужчина. - Я уверен в своем теле, как никогда.
- А вот тут, пожалуйста, будь поосторожней, мне лучше знать, на что ты готов и на что нет, мой тебе совет повремени, пока в графстве затишье.
- Затишье имеет привычку заканчиваться, - зло произнес Герман. - Времени, как обычно в самый последний момент будет не хватать.
- Ладно я приготовлю Трунт, но отдам тебе его как только ты мне скажешь что Томас справиться, и никак иначе, - сурово произнес старик, от чего лицо Германа изрядно опечалилось, мужчина знал что сейчас мастера переспорить невозможно, и все будет так как он решил. Тем более старик был прав, он всегда был прав, и лишний раз в этом убеждать было большим к нему неуважением. Ему и в правду, не было куда спешить, да и замена нужна, все же он не собирался всю жизнь бегать у старика на побегушках, он мечтал попробовать себя в другом деле, желательно на поле боя, или пойти работать на графа, было бы вполне достойным продолжением его карьеры.
- Да мастер, извините что тороплю события, - произнес Герман подымаясь. - Но все же почему именно он, чем он отличается от тысяч других бродяжек в его возрасте?
- Хм, очень многим Герман, - хмыкнул старик. - Он в своем возрасте уже умеет хорошо себя контролировать и думать, когда это необходимо, если тогда на рынок, как обычно, поехал бы Зик, он вполне мог бы стянуть порошок Желтухи, и этот Гнилозуб, уже плодил бы новых наркоманов. Это естественно хороший результат для парня, а еще он очень добрый и наивный, несмотря на то, что рос в таком гадюшнике как Нижний город. Я уверен, из него выйдет преданный нам человек, ну и конечно мне никогда не помешает новый испытатель моих разработок.
- Я всегда знал, что в ваших планах скрывается двоеное а то и тройное дно, - с улыбкой произнес Герман.
-Все просто Герман, у меня есть цель, и я буду делать все, что бы к ней прийти, а путь к ней, строится на вот таких мелочах, которые своевременно необходимо продумать, - глубокомысленно заявил старик.
- Спасибо вам, - тихо произнес мужчина, прежде чем удалиться из кабинета.
- Про камень не забудь, - раздался ему вслед, недовольный голос старика.
Томасу недолго пришлось ждать своего нового учителя, он даже не успел расслабиться сидя на прохладных ступеньках каменного крыльца. Герман, выйдя из дома долго, с недовольным лицом рассматривал парня, ему до чертиков не хотелось с ним возиться, но старик был прав, ему нужна смена. Он обязан сделать и этого отброса сильного уверенного в себе человека, вся работа, которая его ожидает, не из легких, и ему не раз продеться рисковать своей жизнью.
- Пошли, - буркнул Герман, входя обратно в дом.
Томас с удивлением рассматривал дом мастера, удивляясь как зодчим, удалось вместить сюда столько комнат, они прошли извилистым коридором в одно затхлое пыльное помещение. Его учитель, скинув кафтан, оставшись в одной рубашке, сквозь которую просматривались сильные перевитые мышцами руки. Он достал из ближайшей полки пачку пергамента, чернила и перья, и кивнул парню занимать табурет за противоположной стороной стола.
- В начале дня буду учить тебя грамоте, или кто-то другой менее занятый, - произнес Герман выводя на пергаменте первую букву.
- Но зачем мне ее знать, - удивился парень, он не понимал тех кто гордился тем, что мог красиво, чернилами, марать пергамент.
- У мастера Вирджила все работники грамотные, даже кухарка, хотя ей это совершенно не нужно, а твоя работа, если ты с ней будешь справляться, без этого не может обойтись, - сурово и даже устрашающе, произнес Герман.