— Если тебе, слабо, то так и скажи. Никто не осуждает, Дэймон.
— Ну ты и скотина маленькая, – он качает головой, параллельно улыбаясь. — Давай, я подцепю любую в этом баре. Если я выиграю, то с тебя сотня баксов.
Я оглядываю своим взглядом весь зал, прохожу по всем столикам, но никого не замечаю. Походу в баре в это время находимся только мы вдвоём, хотя это очень странно, ведь ночью наоборот должно быть много народа.
— Какая жалость, что здесь никого нет. Все девушки в округе узнали, что ты тут, но никто не пришёл, видимо, – теперь я хватаю его предплечье и сжимаю. — Мне правда жаль, старик.
— Тебе повезло, а то я бы тебя сделал.
— Ну да, конечно. Мои деньги категорически не хотят идти к тебе, ты их тоже не устраиваешь по возрастной категории.
Мы улыбаемся друг другу, потому что оба пониманием, что просто шутим. И, я надеюсь, что мои слова он не воспринял в серьез.
— Предлагаю перенести наш спор до следующего раза, – произносит он спустя минуту, сидя на стуле, обдумывая всё.
— Ты серьёзно?
— Абсолютно. Я просто тебе докажу, что не все любят смазливых мальчиков.
— Это я смазливый мальчик, хочешь сказать?
— Ага.
— Ну хорошо. Давай так. Ты должен, как ты выразился, подцепить девушку моего возраста, а я твоего. Как тебе такой вариант?
— Хочешь сказать, что у тебя получится?
— Я просто докажу тебе, что мужчин в возрасте тоже не все хотят. Молодая кровь тоже неплохо.
В моей голове проскакивает мысль, что это неправильно по отношению к Эшли, но я же не собираюсь изменять ей, правильно? Это чисто ради азарта и не более. Мне же не нужно ни с кем спать, поэтому за измену не считается.
— По рукам, – спрашиваю я, протягиваю ему ладонь.
— По рукам, – он сильно сжимает мое запястье, что мне становится неприятно, даже больно, но потом отпускает, а боль резко уходит. — Нужно скрепить уговор ещё одной порцией Бурбона.
— Тебе же он здесь не понравился.
— Это да, придётся пить через себя.
Молодой человек вновь подходит к нам, наполняя нам прозрачные стеклянные сосуды, из которых мы будем пить.
— Пьём за то, что ты уже мне должен сотку.
— Ты так уверен? Можешь раскрывать свои карманы и доставать деньги, – я не знаю почему, но в меня прям вселяется азарт, от чего мне хочется выиграть. — Или твоя пенсия не позволит этого?
— Не беспокойся за это.
Вновь закидываю голову, погружая в своё горло напиток, в котором побывал лёд, и сначала холод проходит внутри, но затем сменяется на обжигающую жидкость. Голова уже немного начинает идти кругом, но мне нравится это состояние, когда ты находишься в полном расслаблении, когда твоё тело обмякает, а все мысли уходят на второй план.
— Дэймон, ты снова спаиваешь несовершеннолетних? – сзади подходит ещё один мужчина, который встаёт с моей стороны, выглядывая из под меня на моего собутыльника. — По твоему возрасту с тобой уже никто не пьёт?
— Стефан, с тобой вообще никто за один стол не садится, чтобы выпить, потому что из тебя питок никакой. Вон поучись у молодёжи, – говорит темноволосый, указывая на меня.
— Спасибо, воздержусь, – парень с русыми волосами переводит на меня свой взгляд, протягивая руку. — Меня, кстати, Стефан зовут. Стефан Сальваторе.
— Хиро Майклсон, – отвечаю я на его жест, так же пожимая ладонью в знак приветствия. — Вы братья?
— К сожалению.... – говорит Дэймон, а Стефан закатывает глаза.
Если бы я увидел их, не зная о том, что они братья, то никогда не сказал, что у них есть родственные связи. Абсолютно два разных человека, не похожих друг на друга ни чем. Разные формы лица, цвет волос, брови, носы. Ну, просто два разных человека.
Стефан выглядит более добрым, что ли. От него веет, каким-то теплом, в отличии от Дэймона.
— Я так понимаю, ты сын Клауса? – спрашивает он, а меня уже начинают бесить эти вопросы.
— Представляешь? Я думал я один не знал, но ты, братец, тоже не в курсе.
— Ещё немного и мой глаз начнёт дёргаться от этого вопроса, – выдыхаю я.
— Ну, я знал, что у него есть сын, просто не ожидал его встретить.
— Я один походу спал всё это время, пропустив всё? – задаёт вопрос Дэймон, разводя руки в сторону.
— Ты пропил всё это время, братец.
— Кстати, Хиро. А что ты вообще делаешь здесь один в баре? Зачем пришёл? – Сальваторе старший спрашивает это у меня, а я оборачиваясь.
— Я пришёл, чтобы заказать банкет, скажем так, на завтра.
— Что за праздник?
— Моё совершеннолетие.
— Тебе ещё нет восемнадцати? – Дэймон вылупляет глаза, видимо удивляясь этому.
— Секунду, – говорю я, переводя зрение на свои часы, находящихся на руке, показывающие, что ужа два часа ночи. — Уже, как два часа есть восемнадцать.