— И когда он проснётся?
— Думаю, что скоро, – говорит человек с грубым голосом. — Этот придирок выпил двойную дозу.
— Дегенераты, чёрт возьми! – этот говор я знаю очень хорошо, но не уверен точно в своих догадках. — Неужели так сложно было за ним нормально смотреть именно в этот день?
— Клаус, я, конечно, всё понимаю, но контролировать каждый его шаг и действие - слишком сложно!
Клаус...Отец...Какого черта он здесь забыл? И почему за мной нужно было следить? Может у меня галлюцинации и мне всё это снится?
— А я не просил за ним держать полный контроль, но именно в этот день могли бы постараться, чтобы прошло всё гладко.
— Зачем вообще нужно было всё это представление? – произносит чей-то женский голос.
— Это был отвлекающий манёвр, – вздыхает отец. — Нам нужно было время, ибо, когда он был ещё ребёнком, я сразу знал, что за ним будет слежка именно в этот день. Биологически его день рождение будет через месяц, а вчера была наша обманка для этих людей, которые хотят его убить.
— Для чего его вообще нужно убивать?
— Потому что он...
После этой фразы я перестаю слышать хоть какие-то реплики, полностью отключаюсь и вновь засыпаю...
******
Я распахиваю свои веки и осматриваюсь вокруг, повернув голову немного в сторону. Это моя комната. Как я здесь оказался не помню. Смотрю вперёд, видя перед собой целый консилиум знакомых людей. Кайли, Рэн, Дэймон, Стефан, Кэтрин и отец. Все они собрались вокруг меня, некоторые уже обратили на меня внимание, а остальные продолжают о чём-то говорить. Я пытаюсь опереться и привстать на локтях, чтобы облокотиться на деревянную спинку. Все головы сразу же повернулись в мою сторону на шевеления моего тела, пристально смотря на меня.
— Я вам экспонат в музее? Вы чего вылупились так? – произношу я охрипшим голосом.
— Он уже паясничает, значит с ним всё нормально, – говорит Дэймон. — А вы тут переживали и хоронили его раньше времени.
— А как за меня не переживать? Я же не ты.
— Идея с его похоронами мне всё таки нравилась больше, может реализуем?
— Обойдёшься, – отвечаю я. — Никто мне не хочет рассказать, что произошло?
— Ну, если в общем, ты слишком много выпил, вышел на улицу и потерял сознание, – коротко отвечает Кайли.
— Весело.
— Обхохочешься, Хиро.
— Я всего лишь потерял сознание, а вы стоите здесь и смотрите на меня, как будто я чуть не умер.
— Ты странный? А как мы должны себя вести? Мы тут все переживали за тебя.
Я закатываю глаза, не понимая их поведения. Ладно, отключился. Ладно, перепил, хотя это под вопросом. Я же прекрасно знаю свою норму и все свои состояния, в которых бывал. Но от того количества выпитого алкоголя я не мог потерять сознания, ну не мог же.
— Как ты себя чувствуешь? – отец произносит это и подходит ближе со скрещенными руками на груди.
— А тебя это разве волнует?
— Понятно, – он вздыхает и отворачивается от меня. — Вы можете все выйти? Нам нужно поговорить, – отец обращается ко всем, а те кивают ему, собираясь уходить.
— А зачем? У меня от друзей секретов нет. Пусть послушают. Или ты боишься, что они узнают, какой ты хреновый отец?
— Прекрати!
— С чего это вдруг? Я же констатирую факты, чего стыдиться то?
На этом моменте все присутствующие покидают мою комнату, и мы остаёмся одни. Отец смотрит на меня злостным взглядом, прожигая меня полностью, но мое лицо полностью наполнено безразличием.
— И зачем ты приехал? Неужели соскучился? – прерываю мучительную паузу, задавая вопрос, который меня волнует больше всего.
— Во-первых, сбавь свой тон, а во-вторых, я не мог не приехать, потому что мне звонят и говорят, что ты потерял сознание и ели дышишь.
— Ага, то есть, чтобы ты поднял свой зад и приехал в мой, сука, день рождения, мне нужно было отключиться, да? – я встаю с кровати, чтобы подойти к нему, но выходит с трудом, ибо в глазах сразу темнеет, а тело немного пошатывает. — Спасибо, обязательно воспользуюсь таким лайфхаком через год.
— Ну, не мог я приехать, как ты не понимаешь?
— А ты мне можешь сказать причину? Хотя бы раз, – я стою в упор к нему, смотря в глаза, которые поникли и жду ответа. — За восемнадцать лет я ничего внятного и не услышал.
— У меня было много дел, которые я не мог просто так оставить.
— Каких дел? Ты можешь мне ответить или нет?
— Нет, не могу, – он вскидывает своими руками, крича на меня. — Ты это хочешь от меня услышать?
— Как ты не поймёшь? Я хочу услышать правду, неужели это так сложно?
— Да, сложно, – отвечает он, а я уже сдаюсь. — Я ответил на твой вопрос?
— И так всегда, пап. Ты постоянно уходишь от ответа. Чтобы я не спросил, одно и тоже, – меня уже начинает раздражать вся сложившаяся ситуация, от чего я сильнее закипаю внутри. — Тебе не надоело? Повторяешь каждый раз одни и те же слова. Может поменяешь пластинку, а то эта уже фонит.