В общем, тот максимум, которого мне удалось добиться за пять попыток, это продержаться те самые тридцать секунд, которые требовались на прибытие основных сил Гвардии. И ещё десять секунд после того, как прибывшее подкрепление начинало включаться в битву. Ну и, в последний раз, если мне это не показалось, своей предсмертной атакой задеть левого Есаула в плечо. Насколько сильно — оценить у меня возможности уже не было. Я только видел, что у него кровь брызнула и он плечо свободной рукой зажал. Но, царапина это или серьёзная рана, способная вывести из боя опытного воина, оценить не успевал. И опять же — если мне это не привиделось в момент уже начинавшейся предсмертной агонии, когда картину мира уже начинали затягивать «зелёные точки».
Пять итераций. Шестой день. Чтобы иметь реальный шанс «победить» тех первых конников, мне, потребовалось бы провести с ними ещё боёв тридцать-сорок. И это в лучшем случае. При самом оптимистичном прогнозе.
Месяц… Ну, в принципе, можно было бы и загнаться — «петля» же, время, вроде как не ограничено, обратный отсчёт попыток не ведётся, но… я ведь не один в этой «петле». Да и… открывал я её ради чего? Какие задачи этим действием преследовал?
Их было три… или четыре: самая первая — смочь! То есть, доказать самому себе, что это вообще реально! Что это действительно есть, что оно работает, что оно работает каждый раз! Получить внутреннюю уверенность в этом, без которой невозможно действовать с достаточной эффективностью.
Смог. Доказал. Поверил.
Вторая цель: деньги. Алина прошлым вечером, перед моим очередным «отлётом» позвонила и отчиталась, что всё получилось, заработать удалось. Но точную сумму сможет сказать только «завтра», так как там есть всякие транзакционные сложности процедурного плана — деньги-то большие, с ними всегда всё сложно и любые их движения особенной аккуратности требует.
Да — именно позвонила. И вот так: просто, открытым текстом, безо всяких шифров и кодов рассказала всё, как есть. А чего ей стесняться или таиться, если уже через два-три десятка минут начнётся новая «итерация»? Всё равно, никто ничего уже сделать не успеет.
Третья цель была — научиться летать и падать. Ещё точнее: падать и летать. Не разбиваясь.
Научился. И довольно неплохо, надо сказать. Приземление, правда, ещё ни разу не отрабатывал: как-то не до того было. Взлетать, взлетал, а чтобы приземлиться… итак находилось, кому «приземлить», точнее, сделать приземление неактуальным. Но уверенность, что я приземлиться смогу, появилась. И на последней «итерации» я приземление точно проверю на практике — оно, как раз, станет замечательным завершающим штрихом и выходом из «петли», знаковым и красивым.
Четвёртая: подготовиться к экзамену. Подготовился. Может, и не на высший бал, но на «зачёт» моих знаний во всех трёх предметах уже точно хватит. А больше… да я уже смотреть больше на эти учебники не могу! Меня от их вида тошнить тянет! Тот, кто в студенчестве закрывал «хвосты» за весь семестр непосредственно уже на самой сессии, меня поймёт. Учить настолько ударными темпами дольше четырёх дней подряд… рехнуться можно. Или «перегореть», плюнуть и забить. Мне ни тот ни другой вариант не годились.
Цель: «Взятие, в одно лицо Императорского Дворца» — в этом списке не значится ни под каким номером!
А именно к тому ведь всё и будет двигаться, если я сейчас не остановлюсь и пойду на принцип. Сначала: первые два Гвардейца, потом: вторые два, затем — ещё десять следующих, потом весь Гвардейский корпус и личная Императорская Дружина… сам Император.