Да и, как старая мудрость гласит: «Коли доктор сыт, так и больному легче». Чай, перекусят проверяющие, насытятся — подобреют. А, если ж ещё и пригубят малёхо — совсем хорошо всем будет.
В общем, время у меня ещё пока было. И терять его зазря я не собирался.
Второй вариант — тот, что с источниками в ближайшей округе, оказался ещё менее перспективным. Сушь вокруг. Ни речки, ни ручейка, ни даже болотца в радиусе моей чувствительности.
Если поднапрячься, правда, где-то глубоко внизу, в десятке метров под нами, слабый отклик давали, как я понял, грунтовые воды. И, в теории, опять же, если очень-очень поднапрячься, то можно и их вывести на поверхность, протащив тонким ключиком через всю толщу породы.
Но делать это здесь, посреди малого плаца для построений, разрушая бетон под ногами — не самая лучшая идея. Хотя, работники УТК (учебно-тренировочного комплекса) этого полигона, пожалуй, наверное, не были бы против такой вот модернизации места их службы: свой родник под самым боком — это всегда плюс. Его ведь можно облагородить, в трубу загнать и пользоваться…
Оставался третий вариант — атмосферная влага. И он казался мне наиболее перспективным. Тем более, что и погода способствовала: на небе сегодня была хмарь. Солнце из-за низких осенних ноябрьских туч не показывалось. И температура была плюсовой. Совсем немного, конечно, градусов пять-шесть выше нуля, но, всё равно, плюсовой.
Хм? А не это ли стало причиной переноса экзамена? Ведь, ноябрь к концу близится. Мороз уже бил, и не единожды. Нынешняя плюсовая «мерзость» была довольно редким исключением, а не правилом. А с началом декабря и такие исключения останутся в прошлом. Что мне, Воднику, значительно использование моего Дара на открытой площадке усложнило бы. Может быть, это не попытка меня подъебать, сократив доступное время на подготовку, а наоборот — протягивание руки помощи? И даже подыгрывание? Хм. Интересная мысль. Пожалуй, не стоит от неё отказываться.
Но, вернёмся к атмосферной влаге: в окружающем воздухе её было предостаточно. Она буквально сама оседала на шеках и одежде. Не дождевыми пока каплями, но мелкой моросью.
Хм? А ведь, когда выходил из машины, не было этой мороси. И, вроде бы, пока строились и шли к плацу, тоже не было. А вот сейчас, когда я всерьёз начал тянуться к окружающей атмосферной влаге, появилась. Не закономерность ли?
Так, глядишь, я и дождь вызывать научусь! Буду шаманом в диких пустынных деревнях глубинной Африки подрабатывать за связку бананов и пару кокосов… в день.
Ладно, мечты в сторону. А вот морось — это хорошо. Это очень хорошо. Это вода, которую можно быстро и легко забрать. И этим надо пользоваться, пока она не прекратилась. Чем я и занялся, активно усиленно наращивая слой моего водного покрова. И плевать, что он становился настолько толстым, что под одеждой уже не помещался. Плевать — пусть и одежда промокает, становясь дополнительным резервуаром-хранилещем!
Я сырел на глазах. Этого уже нельзя было не заметить. И это было замечено моими соседями по строю.
— Что, Долгорукий? Обосслася от страха? — ухмыльнулся Максим Тверской.
— Дурак, — ответила ему вместо меня Мари. — Он Водник. Он к бою готовится… — и сама эдак бочком попыталась от меня подальше отодвинуться. На лице её не то, чтобы испуг, но некая серьёзная опаска проявилась. Бровки сами собой сошлись на переносице.
Максим хотел что-то ей ответить, но не успел. Вернувшийся Булгаков принялся раздавать команды и гнать нас четверых к стрелковому рубежу. Видимо, наше время вышло, и пора было начинать.
Первым… вот кого могли выставить на рубеж первым? Естественно, меня! Могло быть разве иначе-то? Закон Мёрфи, как он есть…
Я забежал в окоп привычно, даже не задумываясь. Выбрал огневую точку, принял изготовку для стрельбы из положения стоя, упёр локти в землю, навалившись грудью на край окопа. И плевать на грязь, что тут же перепачкала мой новенький парадный мундир. В бою не до чистоты. «Гигиена — враг спецназа!».
А в руках моих быстро начал формироваться из ранее накопленной воды автомат. Родной АК-12 тый. Можно бы и семьдесят четвёртый — с ним я тоже вдоволь успел набегаться, но двенадцатый… хм, как-то он мне больше нравился. Роднее был, что ли? Я ведь свой ствол прямо с завода получил. Можно сказать, целочку. Ни за кем другим он ещё закреплён до этого не был. Я у него был первый… Чего про семьдесят четвёрку сказать ну никак нельзя было. Сколько он рук до меня прошёл, мне даже представить сложно, так как был он аж семьдесят седьмого года выпуска…
В общем, сформировался привычный и родной мне АК-12. Со здоровенной качественной оптикой, пристроенной на верхнюю планку.