- Но и разговорчивой явно не была.
- Послушай, Решелье. Ты видно привык, что все вокруг развлекают тебя. Как тот же Боулд, Лис или Анжи. Все и всё всегда говорят сами, а ты в свою очередь снисходишь лишь до каких-то комментариев. Но мне вовсе не хочется становится клоуном для кого бы то ни было.
- Тогда кем бы ты хотела быть для меня? – внезапно спросил парень.
Он сказал это негромко, прямо мне на ушко. Я чувствовала, как его горячее дыхание щекочет затылок. На минуту показалось, что руки Амира обнимают меня сильнее чем необходимо, для того чтобы держать вожжи управления вероклюва.
Промолчала. Не представляю, что сейчас можно ответить. И вроде бы его слова более чем прозрачны и понятны, но почему-то делаю вид что не слышала.
- Лекси, да что это с тобой! Не ты ли замираешь от одной улыбки этого парня, чего же сейчас молчишь как овечка, увидев серого волка, – корила себя мысленно.
Амир не повторил вопрос. А я сделала вид, что ничего сверхординарного и требующего ответа не произошло. Остаток пути провели в молчании.
В какой-то момент плавный полет и тепло груди Решелье, на которую я опирались, навеяли на меня спокойствие и сон. Мои глаза будто налились свинцом, пыталась сдержаться, но по итогу, все же оказалась в объятиях Морфия.
- Открывай глазки, спящая красавица, - услышала голос Амира. – Мы подлетаем.
Неспешно выплыла из своей нежданной дремы. Солнце еще не встало, но мгла рассеялась, а на ее место пришел туман.
- Вот это да! – выпалила я окончательно проснувшись.
Мы будто плыли в белом молочном кисели. Казалось, все облака разом спустились, и мы летим прямо меж них. Я запустила руку в этот молочно-пуховый десерт, созданный природой. Надо же складывалось впечатление, что его даже рукой потрогать можно. Такой он был плотный и тягучий. Но мои пальцы прошли сквозь пустоту. Единственное, что ощутила это некая прохлада и влажность, что свойственно данному явлению.
И все-таки было очень красиво.
- Смотрю, кто-то очень непритязателен, - услышала голос Решелье. – Не думал, что тебя так заворожит подобное.
Я и правда, будто сама растворилась в этом воздушном молоке, не замечая Амира и даже забыв, что собственно еще лечу на ветроклюве, а не парю в облаках.
- Иногда даже простые вещи могут быть удивительными, - заметила невзначай.
Тем временем наш летающий транспорт мягко спланировал на землю под чутким руководством Решелье. Парень спустился сам и помог мне.
- И что дальше?
- Все просто. Сейчас появятся первые лучи солнца, - и как будто только и ожидая приказа Амира, белую мглу начали прорезать первые яркие рассветные лучи.
Это было ослепительно. Словно десятки солнечных копий, свет пронизывал туман, режа его на части. Мы с Амиром следили за происходящим затаив дыхания.
Лучей с каждой минутой становилось все больше и больше. В это же время рваных кусочков туманна все меньше. Он больше не был единым целым, казалось малыш, купив сладкую вату, превратил ее в разные по форме и размеры клочки, а затем подбросил все это в воздух.
Еще мгновение и мы четко увидели на горизонте поднимающийся шар солнца, пока еще тусклого будто только просыпающегося от сладкой ночи.
По закону природы все оставшиеся, кусочки туманна разом превратились в капельки росы, оседлая на каждом листике, травинке и цветочке огромного луга, на котором мы сейчас прибывали.
- Фантастика! – не сдерживала я своего восхищения.
Внезапно мне показалась, что каждая даже самая крохотная частичка этой воды поет, это очень походила на зов сирены. И я как бесчисленные утопленные моряки, тоже не могла этому сопротивляться. Просто развернулась и пошла, к эпицентру мелодии.
Достигнув, увидела большой красный мак. Чаша растения будто вобрала в себя десятки капель росинок и сейчас была наполнена влагой доверху. Я поднесла руку и дотронулась до цветка, желая понять, зачем он звал меня.
Магия полилась совершенно неожиданно, после этого контакта, а музыка, слышимая ранее лишь, усилилась. Я не желая того произвела сильнейший выброс. Не понимаю, как это произошло. Было похоже на энергию, которую отдавал назад родовому дому. Но только в этот раз боли не было совершенно, будто тогда я отдавала то, что украла, сейчас же делилась своим.