Конечно, это был Ян.
Он всегда был рядом в самые ужасные минуты моей жизни. Даже в момент моего рождения он находился в соседней комнате, и это было отвратительно. Так мерзко выглядеть всегда такой слабой, жалкой и растоптанной в его присутствии.
- Хорошо, я не буду пить, но прошу, оставь меня в покое.
- От чего же? Или после своего ослепительного танца ты считаешь меня не ровней.
Все, чего я могла пожелать, это чтобы кузен отстал. Поэтому тут же отозвалась.
- Да, Ян, именно так. Ты грубый, неотесанный мужлан. Не знающей о танцах ничего, и я глубоко сомневаюсь в твоем умении составлять девушке компанию в данном развлечении.
Сказала, тыкая в его грудь пальцем. Будто он был Амир, и это его пыталась уколоть побольнее.
- Сейчас я докажу, как ты ошибаешься, - произнес парень.
Кузен отстранился и протянул руку, приглашая меня на танец.
- Ни за что, - повернулась к нему спиной.
- Ты должна мне трижды, и сейчас прекрасная возможность отдать одно из обещаний.
Повернулась.
- Я станцую, - сказала, чеканя слова. – Но не думай, что получу от этого хоть каплю удовольствия.
- А вот это еще увидим.
Моя рука оказалась в плену большой Яновой ладони. Такой теплой и уютной будто надетая по размеру варежка.
К нашему появлению на танцполе музыка перешла на плавную и медленную, словно бы специально звучащая для парных пируэтов.
Кузен уверенно повел.
Если признаться несмотря на родство мы, и правда, танцевали вместе впервые. Хотя, если вспомнить, был один случай. Когда мне было семь, дед нанял инструктора. Хейзер как раз слегла с ветрянкой, и мне ничего не оставалось, как встать в пару с Яном.
Мы сделали первые танцевальные па, учитель подбадривал нас, говоря, что выходит неплохо.
Но внезапно щеки одиннадцатилетнего Яна превратились в два помидора. Он остановился, толкнул меня и сказал, что больше никогда не хочет тренироваться вместе.
Я еще тогда решила, что это потому, что у меня хоть что-то выходит лучше него. Ведь Ян терпеть не мог, когда хоть кто-то и в чем-то его превосходит. И вот сейчас вынуждена была признать, что он танцует изумительно. Ни одного неверного движения. Казалось, плыву по воздуху, а вовсе не выделываю сложные элементы на танцполе, и всё от того, что кузен так умело вел.
- Фантастика. У него что, нет слабых мест? – задавалась вопросом.
Парень, как и положено, держал одну из рук на моей талии, и это от чего-то волновало. Заставляя то и дело сбиваться с ритма. Странное чувство где-то внутри, которому я никак не могла найти разумное объяснения. Но определение «волнение» подходит ему больше всего.
Подумав еще немного, решила, что мне просто, некомфортно, ведь придется признать, что Ян действительно умеет танцевать, и он не грубый и неотесанный. Зря его, так назвала.
- Расслабься и прекрати уже думать, черт знает о чем, - произнес кузен, не прекращая кружить.
- Ты хорош, - обреченно признала.
- Тогда вынужден расстроить, это твой единственный шанс насладится моим талантом. Через месяц я покидаю дом.
- Но почему, ведь лето только начинается? Разве семестр начнется не с сентября?
- А кто сказал, что я еду в академию? - подмигнул Ян.
А затем, схватив меня на руки начал кружить что есть силы, я завизжала от испуга и удовольствия одновременно.
- Ян, ты просто сумасшедший, - кричала от восторга.
Но этого никто не замечал, веселье вошло уже в раж. Кругом все танцевали и вели себя не менее сумасбродно. Кто-то под действием пунша и вина, другие просто находились в эйфории от праздника. В любом случае на нас никто не обратил особого внимания. Так мне казалось, пока я не заметила пристальный взгляд голубых глаз Амира.
Глава 22
Решелье смотрел на меня, а я на него. Ян, ничего не заметив, поставил на землю. Щелчок пальцев в руках Амира плясал огненный фаербол. Затем сжимал ладонь, и магия исчезала. Щелк. И снова фаербол. Движение кисти и вот его снова нет. Щелк. Это выглядело опасно. Я не могла оторвать взгляд. Он делал это с такой непринужденной легкостью, что становилось страшно, на что же этот Решелье способен на самом деле.