Через время вместо слуги открывает Анжи. Странно. Но сегодня уже ни чему не удивляюсь.
Девушка не спрашивает, что произошло, чей автоламб и зачем я здесь. Она ведет меня в левое крыло, где располагается ее комната. Как только дверь закрывается за ней, Уолберг говорит.
- Выкладывай.
Рассказываю ей все. Не плачу и не истерю неожиданно для себя, а даю лишь голые факты. Это влияние Анж, не могу я при ней постоянно выглядеть нюней. Вот причина, почему поехала к Уолбергам.
Девушка слушает внимательно. Не перебивает и не как не комментирует.
После окончания спрашивает.
- И что же ты решила?
- Отправлюсь на поиски отца.
Анжелика, спокойно звенит в магический колокольчик. Стоит воспользоваться таким и звук отразиться на втором аналогичном висящем в комнате прислуги.
Какое-то время спустя в комнату входит миловидная служанка.
- Подай нам чай, по моему фирменному.
Девушка кивает. Буквально через пару минут наслаждаемся теплым имбирным напитком с молоком. На столе красуются пирожные и шоколад. Приняв изрядную дозу сладостей, мне наконец-то удается немного успокоиться и рассуждать более здраво.
- Подумать только, я глава!
- Ты говорила серьезно насчет отца?
Просто киваю.
- Я не хочу возвращаться в тот дом. По крайне мере не сейчас. Докопаюсь до всего сама, больше не буду малышкой, которую все оберегают, скрывая правду.
Анжи ничего не отвечает, но даже по ее взгляду понятно, она поддерживает такое решение.
- Но не думаю, что твой путь будет легок, - говорит Уолберг.
- Знаю.
- Тогда если твердо решила, стоит и еще кое-что услышать на дорожку. Тот артефактник, о котором написано в дневниках - это мой брат. Он тоже покинул род, оставив меня одну. Но через время прислал свои разработки через фамильяра. Чем поверг меня в шок. В них говорилось о некоем артефакте дающем возможность существовать магам без родового дома не утратив силы.
Я не поверила своим глазам и перечитывала полученное изо дня в день. А потом ты принесла мне записи отца. Они были практически идентичны. За исключением одного. В блокнотах мистера Эммбета нет ни слова о маги жизни, но брат утверждает в своих письмах, что без человека, обладающего этим даром, артефакт не создать.
- Что за маг? Разве такие существуют.
Анжелика пожала плечами.
- Видела на чертежах указано, что в отверстие должен вставляться специальный камень, так вот создать его может лишь маг жизни. Не знаю, бредит ли мои брат на пару с твоим отцом, так как я таких камушков не встречала и даже не слышала о них ничего ранее. Но одно могу сказать точно эта парочка работает над артефактом вместе. И поэтому вот, - девушка встала и подошла к антресоли.
Открыв ящик прекрасного старинного произведения столярного искусства она, порывшись, достала небольшой клочок бумаги.
- Здесь адрес. Брат прислал мне все это потому, что знал, как я тревожусь за него. И думал, что информация успокоит меня. Якобы он нашел способ существования. Но я не верю, там не упоминается, нашли ли они этого мага. И вообще очень сомневаюсь, возможно ли создание такого вот артефакта. На словах все это выглядит фантастикой.
Я взяла бумажку и, сложив ее в четверо, отправила в карман.
Все мысли крутились вокруг одного.
- Ты сказала «маг жизни», но может быт, что умение создавать камни лишь одна из разновидностей дара тех же некромантов? Или водников?
Анжелика задумалась, а потом покачал головой.
- Не думаю. Я вообще раньше ни в каких источниках не встречала информации о чем-либо подобном.
- Неужели, - мелькнула мысль. – Но как!
А потом всплыло сразу столько фраз в голове вот Ян говорит: «Никогда и никому не рассказывай про туманник», дед и Ба утверждают о мнимой опасности, поджидающей меня. Боролась с собой, не зная как поступить, и несмотря на честность Анжелики, я не смогла ответить тем же и рассказать все, что известно и что умею.
До вечера оставалась в комнате подруги. Она же отсутствовала, обещая все устроить. Когда на город опустились сумерки, девушка наконец-то возвратилась.
Скинув с себя мокрый от дождя плащ и туфельки, она растянулась в кресле.