Торк показал, как поставить ногу в стремя, куда перенести вес, как не сесть лошади на шею. На словах все выглядело просто. На деле же я зацепился сапогом и чуть не приложился лицом о холку, рывком поймал равновесие, в последний момент и вцепился в гриву так, будто она была единственным, что держит меня на этом свете.
Торк же сел в седло так легко и естественно, как будто делал это сотню раз до этого — одно плавное движение и он уже готов к путешествию.
— Ладно, — сказал Торк. — Давай сначала сделаем кругов десять по двору, чтобы ты освоился.
К десятому кругу я перестал ругаться вслух. К двенадцатому понял, что, если держать спину ровнее, подпрыгиваю чуть меньше. К пятнадцатому у меня затекли все ноги и болела пятая точка.
— Сойдет, — решил Торк. — Остальное в дороге дотренируешь.
За город выехали к полудню. Камень мостовой сменился песчаным грунтом, дома — полями и редкими пролесками. Наши лошади шли рысью. Спустя пару часов я уже почти не чувствовал своих ног.
— Запоминай дорогу, — сказал Торк, когда мы миновали очередной перекресток. — Обратно пойдем тем же путем.
Дорога сначала шла ровно: поля, редкие дворы, привычные колеи от телег. Лошади втянулись в ритм, а я глубоко задумался, и даже начал забывать, про неудобство езды верхом.
Когда мы проезжали очередной участок рядом с лесом, неожиданно выскочил вепрь и помчался прямо на нас. Я не успел ничего сделать, как тот уже врезался в мою лошадь. Удар пришелся в заднюю ногу, животное заржало и начало заваливаться на бок. Меня спасло только то, что от удара я отлетел в сторону. Вовремя сгруппировавшись, я перекувырнулся и оказался на ногах. Еще чуть-чуть и я бы оказался под копытами.
Лошадь рухнула на бок, задняя нога торчала под странным углом, кровь уже текла по крупу. Вепрь развернулся ко мне. Тяжелый, огромный, с пеной у пасти. В это мгновение между нами оказался Торк.
Он просто шагнул вперед, дал зверю начать атаку и всадил клинок ему прямо в глаз. Вепрь завизжал, дернулся несколько раз, и упал без признаков жизни.
— Ты цел? — спросил Торк, бросив короткий взгляд на меня.
— Вроде да, — просипел я, еще не до конца придя в себя. Слишком неожиданной оказалась атака.
Торк сразу опустился к лошадиной ноге и осмотрел ее.
— Плохо, — сказал он после короткой паузы. — До ущелья она так точно не дойдет. До города тем более. Придется оставить ее здесь. И потерять свой залог.
Я переживал больше не из-за денег, а из-за лошади, хотелось ей помочь.
— Я могу попытаться вылечить ее магией.
— Попробуй, — согласился Торк.
Я шагнул к лошади, поднял руку. Вода откликнулась привычно, тонкая струйка потянулась к моим пальцам, смыла кровь с разодранного сустава, грязь вокруг раны. Мне стало ясно, насколько все плохо. Клык разрубил сухожилие, кожа висела лохмотьями, сустав держался на честном слове.
Я попробовал использовать лечение. Тепло пошло из груди в ладонь, легло поверх раны. Кровь замедлилась, края затягивались розовой пленкой, но значительных улучшений это не принесло. Я отнял руку.
— Не выходит, — сказал я глухо. — Могу только кровь притормозить. На большее моих навыков пока не хватает.
Торк посмотрел на ногу, на меня, снова на лошадь. Взгляд у него стал тяжелым.
— Выбора нет, дальше двигаемся на моей лошади, — произнес он.
Торк тем временем снял седло и переложил его в походный мешок, поправил подпругу, потом махнул мне.
— Залазь, теперь у нас одна лошадь на двоих, будем ехать медленнее, но это все равно быстрее, чем пешком.
Я забрался на его лошадь, и мы тронулись снова в путь.
До ущелья мы добрались ближе к вечеру. Солнце еще держалось над верхушками деревьев, но тени уже стали длинными. Место оказалось необычным. Узкий разлом в земле, стены отвесные, а внизу сплошная темнота. На мокрых камнях местами поблескивал мох.
— Лунный мох не любит солнца, — сказал Торк, спешиваясь. — И тех, кто лезет за ним, не подготовленным. Таких он одаривает кашлем и слепотой.
Я выбирался из седла и почувствовал, что ноги еле меня держат, после длинной поездки. Мы привязали лошадь к ближайшему дереву, и Торк достал веревку с крюками.
— Я полезу вниз, ты меня страхуешь. Держи веревку крепко изо всех сил. Понятно?
— Понятно, — я размял ноги и приготовился к очередному испытанию.
Упираясь ногами в край обрыва, я удерживал веревку руками. Первые десять минут это было не сложно. Но потом вес Торка стал тянуть вниз все сильнее и сильнее. Каждый рывок отдавался болью в запястьях и плечах.