— Я думаю, они пришлют наемников, — продолжил я. — Эвелина знает этот адрес. Если вы считаете, что мне лучше уйти, чтобы не подставлять вас…
— Даже не думай об этом! — перебил меня Салвер.
Он подошел и положил руку мне на здоровое плечо. — Ты теперь нам не чужой. Мы столько прошли вместе, чтобы теперь я выставил тебя за дверь из-за столичной дряни? Стены здесь крепкие, защитные артефакты у нас имеются, а если не хватит, то мы сами сделаем или изобретем новые. Отбиться — отобьемся.
Лисса решительно кивнула, подтверждая слова Салвера.
В этот момент я почувствовал, как внутри что-то отпустило. Логика подсказывала, что оставаться здесь будет большим риском, и не только для меня. Но в этом мире, где все продается, простая верность оказалась самым ценным ресурсом.
Стук в дверь раздался через пару часов. Мы не спали. Салвер держал на коленях тяжелый арбалет. Я подошел к двери, глянул в смотровое отверстие. Тот самый мальчишка-посыльный. Он переминался с ноги на ногу, оглядываясь на темную улицу. Я приоткрыл дверь.
— Господин Арден… — он протянул конверт. — Просили передать. Сказали, это срочно.
Я вскрыл бумагу. Запах сладкого апельсина ударил в нос.
«Милый Арден, мне невыносимо думать, что ты сейчас обо мне думаешь. То, что случилось — это был шок. Мой разум просто отключился, когда я увидела кровь. Ты ведь понимаешь, что я не хотела этого делать? Давай все исправим. Мы поговорим с родственниками Филиппа. Я назначила им встречу сегодня в полночь у старого причала. Я приду туда. Там будет доверенное лицо рода. Скажем, что ты меня защищал. Мы справимся. Я на твоей стороне.»
Я не мог почувствовать ложь, если она была написана на бумаге, но сейчас мне это и не нужно было. В этот раз все было слишком очевидно.
Она писала про «правду» и «защиту», используя те же интонации, что и раньше. Считала меня слишком наивным и предсказуемым. Если я приду на причал, Роаны не будут слушать оправданий. Они просто всадят мне болт в затылок, пока Эвелина будет стоять рядом с влажными от фальшивых слез глазами. Эта встреча — короткий путь для нее, чтобы сдать меня напрямую и закрыть вопрос без лишних сложностей.
— Передай госпоже, что ответа не будет, — сказал я посыльному.
Я закрыл дверь и повернулся к своим.
— Она зовет меня на причал. Якобы «очистить мое имя» перед кланом.
— Я думаю, это ловушка, — коротко бросил Салвер. — На причале удобно избавиться от тела. Без шума и свидетелей.
— Именно. — Я подошел к лампе и поднес письмо к пламени. Бумага вспыхнула мгновенно. Изящные буквы почернели и рассыпались пеплом в поддон. — Я не пойду. Я выхожу из ее игры. Пусть ищет другого дурака для своих постановок.
Урок, который преподала мне Эвелина Роан, был суров, но прост:
Иногда самый опасный человек не тот, кто нападает, а тот, кого ты спасаешь.
Интерлюдия. Эвелина Роан
Эвелина сидела в глубоком кресле, обитом золотым шелком, и смотрела, как в камине догорает полено. В ее руках был бокал красного вина, но она к нему не прикасалась. Напротив нее, в тени, расположился старый граф Виттор — глава рода Роан. Он был похож на высохшую мумию, закутанную в меха, но его ум сохранял остроту и по сей день.
На низком столике между ними лежал кинжал Ардена. Сталь хищно поблескивала в свете огня.
— Это… ужасно, — Эвелина едва заметно вздрогнула, прижав к губам кружевной платок. — Мне до сих пор кажется, что я чувствую запах крови на своих руках. Филипп был так настойчив, так уверен в своей правоте… А этот человек, этот Арден…
Она замолчала, позволяя паузе повиснуть в воздухе. Граф Виттор шевельнулся, его суставы сухо хрустнули.
— Ты говоришь, он был наемником, Эвелина? — голос старика звучал как шорох песка. — Почему он это сделал?
— Милый граф, разве у таких людей есть логика? — Эвелина подняла на него полные фальшивой печали глаза. — Он был полезен. Но в тот вечер… Филипп был резок, вы же знаете его нрав. Он давил на меня, требовал подписи. Арден решил, что если Филиппа не станет, я буду принадлежать ему целиком — вместе со всеми моими деньгами и связями. Он просто… вышел из-под контроля. Это было так подло. Так жестоко. Филипп даже не успел выхватить оружие.
Граф перевел взгляд на кинжал. Охрана, стоявшая за дверью в тот вечер, уже подтвердила: этот нож был на поясе сопровождающего Эвелину наемника, когда тот входил в дом.
— Я предложила ему золото, чтобы он просто ушел, но он… он словно ополоумел. Человек, которому я доверяла свою жизнь, оказался зверем.