Что-то со страшной силой треснуло его по спине, — так, что он плюхнулся на четвереньки. Как-то вдруг Йаати понял, что кидаться ими двоими Нихх`хелл`за не может… а вот своими рабами — очень даже. Похоже, их сохранность не волновала его даже в малейшей степени.
Так мы не договаривались, подумал Йаати, перекатываясь на спину. На сей раз, он отбил удар костистой тушки поднятой ногой, — но она, словно в бреду, взлетела к потолку, и со страшной силой обрушилась на него сверху. Уже в последний миг он успел перекатиться. Зенг врезался в пол с такой силой, что башка его буквально взорвалась, и Йаати обдало зеленоватой жижей, удивительно похожей на сопли. Вот же гадство, подумал он, утирая лицо, — они же, наверное, заразные… а уж воняют так, что желудок узлом сводит… а, нафиг. Или я прямо вот сейчас доберусь до пушки, — или…
Чисто рефлекторно он опять перекатился в сторону, — и об монолитный пол с треском разбилась вторая тушка зенга. Третья уже падала на него сверху, — и Йаати успел только поднять руки. Они, к счастью, удержали, хотя их до плеч пробила боль. Он с отвращением отшвырнул тушку, — зенг, похоже, сдох ещё в воздухе, от страха и полного непонимания происходящего, — высоко вскинул ноги, вскочил… тут же пригнулся, спасаясь от очередной тушки, на сей раз, летящей горизонтально. Уже, кстати, разбитой ударом об пол, — ну да, Нихх`хелл`за совершенно пофиг же, живое тело или мертвое…
Он сейчас нас забьет, совершенно четко понял Йаати. Не даст сдвинуться с места и забьет телами этих тварей. И ему совершенно наплевать, уцелеет при этом хоть один зенг или нет. Но…
Он скосил глаза. Шу катался по полу, спасаясь от молотивших, словно мухобойки, тушек. Двух. Итак, Нихх`хелл`за может управлять не более, чем тремя предметами сразу, — иначе всё уже кончилось бы. А значит…
Тушка зенга летела на него, как снаряд, целясь костистой башкой в живот. Йаати отпрыгнул в сторону… и поймал её за ногу. Ему едва не вырвало руку из сустава, сшибло с ног и протащило по полу… легко, как по льду, благодаря твердым бусинам дисрапторной сети, — если бы не она, ему свезло бы всю кожу на спине… в общем, его протащило прямо к потайной дверце. Дернуло вверх, — но он просто разжал руку, уже вполне твердо стоя на ногах. Тушка полетела назад, описывая петлю и разгоняясь для нового удара… но сейчас у него было время. Секунды. Две или три. Мало, очень мало, но он должен…
Он повернулся к стене. Она казалась совершенно монолитной, но Йаати зацепился ногтями за край восьмигранной пластины, рванул…
Пальцы едва не сорвались, но пластина откинулась, открыв нишу. Йаати был почти уверен, что она окажется пустой… но пушка была там. На самом деле, она совсем не походила на пушку, — серая штуковина длиной в полметра, напоминавшая какую-то небольшую базуку. Он немедленно цапнул её, — пушка оказалась тяжелая, добрых килограмма четыре, — и так же быстро развернулся, одновременно уходя в сторону. Вовремя! Тушка зенга влетела прямо в нишу, с такой силой, что даже смялась с мерзким треском.
Йаати вскинул оружие. Снизу у пушки была рукоятка со спусковым крючком, — и он вдавил его. Из широкого жерла, в самом деле похожего на трубу гранатомета, вырвался поток сине-желтых молний, словно он стрелял из обычной импульсной винтовки. Они ударили в грудь Нихх`хелл`за… и по его коже побежали немыслимо красивые фиолетовые светящиеся узоры… вот и всё. Йаати, словно в кошмаре, давил и давил спуск… но всего секунды через три пушка смолкла, похоже, исчерпав заряд, да ещё и гневно загудела, начав как-то совсем нехорошо вибрировать.
Нихх`хелл`за, — по его коже ещё метались фиолетовые отблески, — взревел. Башка его раскрылась, превратилась в страшное черное солнце, окруженное кривыми белесыми лучами, — и оттуда вырвался даже не звук, — сплошной поток зеленоватых щупалец, хлестнувших Йаати, словно раскаленной плетью. Разряды сплошь покрыли его кожу, словно трескучая электрическая шерсть, его впечатало в стену с такой силой, что нельзя было вздохнуть. Потом пришла боль, — его словно окатили кипятком и прошили раскаленными иглами сразу. Правда, и её Йаати ощущал сейчас как-то смутно, — но это сейчас. Через какие-то секунды она накроет его уже всей мощью, — и тогда он просто хлопнется в обморок, словно девчонка…
— Колпачок на торце! — вдруг заорал Шу, так громко, что пробился через всё остальное. — Кнопка!..
Тушка зенга обрушилась на него, словно молот, буквально вбив в пол. Ещё две взвились в воздух и замерли по обе стороны от Нихх`хелл`за, подергиваясь, целясь…