Ещё какое-то время они неподвижно смотрели вверх, но небо уже не менялось, — оно застыло, словно нарисованное. Шу встряхнул волосами, словно очнувшись, с чувством потянулся, — и, глядя на него, Йаати опомнился тоже. Переглянувшись, они пошли есть.
— Дальше что? — спросил Йаати, когда они вернулись в казарму и налопались. Перед едой он вновь воспользовался «заправочным щитком», и шуулан, вроде бы, помог… хотя бы отчасти. Обалдение никуда не исчезло, да и вообще, он ощущал себя как-то… пусто, — словно в школе после выпускных экзаменов. Вот вроде бы и всё, — пой и радуйся, — а на самом деле грустно-грустно, потому что жизнь, можно сказать, кончена… школьная, по крайней мере. И, хотя впереди будет новая, — более яркая и интересная даже, — понимаешь, что без этого дикого шума и гама на переменах, драк в раздевалке и котлет из трески в столовой ты сам будешь вроде как и не ты…
— Дальше… — Шу сонно взглянул на него, и Йаати подумал, что там, в камере, он совсем не спал, конечно… — Надо убираться отсюда, тут не мир, тут гадюшник какой-то…
— Ага, а куда?
Шу отчаянно зевнул. Видно было, что спать ему хотелось страшно, — но для этого ещё было не время…
— Разбираться надо. Пошли в рубку…
В рубке Шу опять устроился у пульта, — а Йаати сел на пол, у окна. Ему очень хотелось попросить Шу показать, как обращаться со всей этой фигней… но для этого сейчас было не время, да и отвлекать его не стоило, чего уж там…
Интересно окажется, если выхода отсюда нет, подумал он. Такой себе тупик. Могила. Дно. И мы будем сидеть здесь, пока не кончится жратва… или пока не помрем от старости…
Йаати вздохнул. Такой вот конец он совсем не мог представить. И что-то говорило ему, что здешняя нечисть тоже не успокоится, и вскоре вернется, как говорится, в силах тяжких, а тогда… черт знает, что будет тогда. Долбанут водородной бомбой, например. Или атомной торпедой с подлодки…
Он недовольно помотал головой. Торпеды и водородные бомбы были слишком… человеческим оружием. Йаати понимал, что тут, в этом жутком мире, их нет и быть не может. Но зато может быть нечто такое, что он и представить не может… ну и хорошо, потому что пугать себя глупо…
— В общем, так, — сказал Шу, выпрямившись. — Чтобы совершить переход, нужно определить координаты, иначе не получится. К счастью, прямо здесь есть… ну, локатор вроде как, который этим занимается, — он показал на две цилиндрических штуковины. По мнению Йаати, на локатор они не походили ничуть. — Когда он включается, тут, в середине, возникает гиперсфера… ну, так в мануале сказано. Из неё вроде как видно другие миры, и можно в них портал открыть. А потом забросить через него маяк и определить координаты. Только это штука для Крэйнов, не для людей. Я не знаю, что будет, если я в неё влезу.
Йаати пожал плечами.
— Ну, тогда я влезу.
Шу хмыкнул.
— Не влезешь. Ты, прости, не фига не знаешь, что там делать. А я знаю. В теории, по крайней мере.
Йаати открыл рот, чтобы возразить… но в голову ему так ничего и не пришло.
Он растерянно смотрел, как Шу ходит вокруг «локатора». Там, в несколько рядов, прямо в воздухе, загорелись какие-то желтые, объемные знаки, и он касался то одного, то другого, возвращался к экрану, что-то смотрел, вновь возвращался к «локатору»… тянулось это долго, и Йаати начал ощущать себя кем-то вроде тунеядца, — хотя его часто называли лентяем, бездельно смотреть, как кто-то работает, он на самом деле не любил. Да и ощущать себя дураком ему не очень-то нравилось, чего уж там…
Наконец, пол завибрировал под ним. Сверху и снизу донесся мощный гул, на стеклянных торцах цилиндров тоже вспыхнули какие-то изображения. Воздух между ними замерцал, в нем, сплетаясь в клубок, затрещали разряды, — и, наконец, между ними повисла зыбкая, полупрозрачная сфера диаметром метра в полтора. Йаати даже не успел толком рассмотреть, откуда она там взялась.
— Ну вот, — устало сказал Шу. — Сейчас я туда… Если со мной что-то случится… а, нафиг, — он глубоко вздохнул, и вдруг нырнул в шар, словно в воду.
Йаати замер, глядя на плавающую в шаре смутную фигуру Шу. Тот поджал ноги, тело его как-то неприятно подергивалось, и нельзя было понять, что там с ним происходит. Сердце Йаати вдруг бешено забилось, снова подступая к горлу. Ему страшно хотелось вытащить Шу оттуда… но он боялся помешать ему и всё испортить. Только вот судороги Шу смотрелись уже совсем нехорошо, словно он начал там задыхаться, и через минуту Йаати не выдержал, — сунул в ощутимо плотную, словно масло, сферу руки, ухватил Шу за куртку, вытащил наружу…