— В чем дело? — спросил он у Шу.
— Батареи дохнут, — вполне ожидаемо ответил тот. — До крепости не дотянем. Придется садиться раньше.
— Спасибо, — буркнул Йаати. Твари внизу, безусловно, заметили их. К счастью, у них, похоже, не оказалось оружия, способного достать их на такой высоте. Но, когда они спустятся на землю, ситуация изменится…
Сзади донеслось ещё несколько взрывов. Обернувшись, Йаати увидел, что воздушные крейсеры стреляют по зысытам, тоже устремившимся в погоню. На земле вспухали жуткие кровавые пузыри, тут же вспыхивая взрывами. В воздух летели какие-то лохмотья, и Йаати вновь ошалело помотал головой. Он никак не мог поверить, что всё это кошмарное сражение происходит только ради них.
Ещё через пару минут дрон заглох. Жужжание винтов, ставшее для Йаати уже частью мира, вдруг стихло, он завис на мгновение, — а затем камнем пошел вниз. Йаати напрягся… но Шу, схватив винтовку, одной точной очередью перебил кабель. Дрон стрелой полетел вниз, а Йаати вдруг стал легче: гравистат тоже пошел вниз, правда, не так быстро. Тем не менее, ветер засвистел в ушах, и сердце у него замерло: теперь падение стало неизбежным. Он ошалело осмотрелся. К счастью, Шу всё же ухитрился дотянуть до безопасной зоны, и они должны были сесть — или упасть — уже за воротами, возле знакомого ему двухэтажного здания. Там, внизу, насколько хватал глаз, никого не было, — но всего в нескольких сотнях метров их поджидала целая армия фтангов и «двупалов». К счастью, они уже не могли войти сюда.
Главное орудие крепости раз за разом стреляло куда-то в зенит, выплевывая полосы слепящего белого огня. Задрав голову, Йаати увидел, как высоко в небе вспухают облачка взрывов. Там, наверное, уже над полем, плыли, кажется, сотни эалов, — а впереди полнеба занимала зыбкая полупрозрачная стена, смотреть вглубь которой не хотелось.
— Когда я скажу, бросай свой ранец вниз! — крикнул Шу, отчаянно возясь с лямками своего. — Потом прыгай! Это замедлит падение!
Йаати кивнул… и тут же заметил эала. Он падал сверху, словно камень, должно быть, с громадной высоты — очень быстро, как настоящая бомба. Сердце у него замерло, когда он понял, что тварь-камикадзе нацелилась прямо на блестящее здание генератора. Почему-то ни воздушные крейсеры, ни главное орудие крепости не стреляли по ней — должно быть, столь быстро падающая цель казалась им уже уничтоженной, да и времени на это уже не оставалось: наверху кружили целые сотни эалов, то и дело попадая на прицел.
Огромная, тяжелая туша врезалась в крышу, и серебристая коробка здания смялась, как бумажная. Затем там полыхнуло быстрое сиреневое пламя, и в небе вспух жирный клуб дыма. В животе у Йаати что-то оборвалось. Защитного поля, на которое он так наделся, больше не существовало.
На дальнейшие размышления времени у него уже не осталось: высота составляла уже всего метров тридцать, и до удара оставались какие-то секунды.
— Бросай, бросай! — заорал Шу.
Развернувшись в кресле, Йаати сдернул с его спинки ранец, и швырнул его вниз. Мгновением раньше туда полетел ранец Шу. В тот же миг Йаати ощутимо вдавило в кресло. Падение замедлялось, и всего метрах в двух над землей гравистат остановился… чтобы тут же решительно двинуться вверх.
— Прыгай! — заорал Шу, уже в полете.
Высота уже быстро росла, и Йаати на миг испуганно замер… но выбора у него уже не оставалось. Собрав в кулак всю смелость, он прыгнул… и на мгновения полета сердце его остановилось. Земля ударила его по пяткам, потом — по заду и спине… и он пришел в себя, уже глядя в мутное сизое небо, в которое, сверкая на солнце, стремительно уносился гравистат. Так или иначе, но эта часть его пути закончилась.
Какое-то время Йаати лежал на спине, бессмысленно глядя в смутную пустоту неба. Падение вышибло из него дух, сознание вроде как работало, но тело словно отключилось. Он не мог вздохнуть, не мог пошевелить ни рукой, ни ногой, да и вообще, не мог понять, на каком он сейчас свете. Потом над ним появилось испуганное лицо Шу. Нагнувшись, тот схватил его за грудки, и без особой натуги поставил на ноги.