Я попыталась пошевелиться, веревки были завязаны профи, не сильно, но крепко. Вздохнула, огляделась — я лежала в небольшой каморке без окон с массивной деревянной дверью, она наверно закрыта на засов. Подергала связанными ногами, на щиколотках веревки были слабо завязаны, можно будет освободить ноги.
Так, но сначала руки нужно перекинуть вперед, я перевернулась на спину, выгнулась, опираясь ногами и плечами о пол, мостиком и постаралась поставить ладони связанных рук на пол, напрягая мускулы стала приподнимать свою тушку над полом, одновременно двигая таз назад, выводя ноги из живой петли. Руки и пресс содрогались от нагрузки, но я справилась с задачей, теперь руки были связаны впереди, освобожу ноги и устрою им проблемы, даже безоружная я опасна. Пальцами начала теребить узел на щиколотках, восьмерка, точнее морской узел, я их в детстве училась вязать, папа показывал, а вот развязывать их замучаешься. Снаружи раздались шаги, я поспешно улеглась на пол, в комнатку зашел испанец, измывавшийся надо мной.
— Ах ты зараза, руки перекинула, — выговорил он, прикрывая дверь, приблизился, схватил за горло так, что в глазах потемнело. — Твой кошмар только начинается, детка, я буду приходить к тебе, — его рука гладила груди, он попытался перевернуть меня на живот, я оттолкнулась на секунду упершись пальцами в пол, спружинила и вмазала ему в челюсть сцепленными кулаками, и по инерции откатилась к стене. Он зло взревел, схватил за волосы на затылке, вытянул руки вперед над головой, прижав к полу и придавил поясницу коленом.
— Я тебя усмирю, дикарка, — он приподнял бедра, я закричала от боли пронзившей между ног, удовлетворив свою похоть, он молча встал и ушел. А я осталась лежать в слезах, истерзанная, и снова погрузилась в дрему.
Снаружи раздавались мужские голоса, корабль разворачивало и мы куда-то поплыли. Хотелось пить, голова гудела от пролитых слез и стресса. Манд’тей, найди меня, прошу. Я снова попыталась высвободить ноги, вдруг дверь распахнулась, вошел Дик, лицо хмурое быстро подошел, я испуганно вскрикнув, попыталась отстраниться от него, он резко схватив, перевернул меня на живот.
— Отпусти меня, — я заплакала в отчаянии, ожидая нового ужаса.
— Лежи спокойно, я тебя не трону, — прорычал он, разложил рядом сумку, я присмотрелась, травы какие-то баночки, раздвинул ноги, открыл какую-то баночку с мазью, в нос ударил пряный травяной запах, и стал намазывать внутри, осторожно касаясь истерзанной плоти. Во время сна я подлечила себя, но сил было мало.
— Что же этот ублюдок сделал с тобой, ну все успокойся, больше он тебя не тронет, — он нежно поглаживал по спине и голове, от его прикосновений тело расслабилось, я чувствовала, что он не даст меня в обиду. — Отдыхай, тебе принесут поесть.
Он встал, собрал свою сумку лекаря и вышел. Стало немного легче, мазь действовала успокаивающе, запах трав окутывал ароматным облаком и я уснула. Я проснулась от пристального взгляда, на меня смотрел Лорн, улыбаясь.
— Проснулась наконец, я тут уже минут пятнадцать сижу. Ты такая милая, когда спишь, — хмыкнул он, рядом на полу стоял поднос с кувшином воды и нарезкой из овощей, мяса, хлеба и сыра, в животе заурчало. Я с трудом опираясь на связанные руки села, подобрав ноги. Лорн усмехнулся и снял с себя рубаху, накинул мне на плечи прикрыв груди, сам он остался только в черных брюках из тонкой кожи.
— Ну вот, а то совсем голенькая, руки развязать не могу, извини, — приказ капитана, он решил что ты опасна. Так что буду кормить тебя с рук.
Я молча кивнула. Лорн налил воды, я ухватилась за кружку и выпила залпом, он отломил кусочек жареного мяса и начал кормить, терпеливо ожидая пока я прожую, глядя на меня с улыбкой. Съев все, сыто откинулась на теплую деревянную стену, пальцами поправив сползшую рубашку. Он подобрал поднос и вышел, я вздохнула наверно они работорговцы или пираты. В любом случае меня продадут на невольничьем рынке, я продолжила попытки раздербанить противные узлы на ногах, но пока получалось не очень. Провозившись кучу времени я устала, закуталась в рубашку пахнущую мужчиной и задремала, растянувшись на полу, слушая мерный плеск волн.
— Капитан, она наверно спит, я её недавно покормил, — голос Лорна.
— Я хочу взглянуть на вашу находку. Как она оказалась на необитаемом континенте, там же только звери всякие живут?
— Мы не знаем, её одежду найти не удалось, судя по всему, она иной расы чем мы и очень сильная.
Шаги приближались, дверь открылась, снаружи уже стемнело, свет от фонарей, покачиваясь, освещал палубу неровными пятнами. На меня смотрел высокий хорошо сложенный мужчина за тридцать пять, ухоженная короткая бородка, пронзительные зеленые глаза, темные волнистые волосы до плеч. Одет он был в кафтан синего цвета, простая рубаха, черные брюки и высокие кожаные сапоги до икр, сабля на боку и кинжал Капитан неторопливо подошел ко мне, оглядел, вытащил кинжал, наклонился и перерезал путы на ногах.
— Надеюсь, делать глупости ты не будешь, мы в открытом океане, отсюда тебе бежать некуда, да ты и не справишься с кораблем в одиночку, — усмехнулся он. — Давай руки, — я протянула связанные руки, веревки упали на пол, я опасливо покосилась на него, продела руки в рукава подаренной рубашки и запахнула на груди.
— Встань, я хочу взглянуть на тебя, — попросил он довольно вежливо.
Я легко поднялась на ноги, и оказалось он на голову ниже меня. Привыкнув к обществу науду, я как-то забыла о своем далеко немаленьком росте, охотники всегда были выше меня. Капитан обалдело смотрел на меня снизу вверх, слегка задрав голову.
— Кто ты? Таких людей высоких-то не бывает, — выговорил он. — Да и телосложение у тебя иное, — он с интересом разглядывал меня.
— Да человек я, просто порода другая, — сказала я, и покраснела кое-что заметив — рубашка закрывала меня только до пупка, внизу холодил воздух, чёрт, я постаралась прикрыться руками, мужчины усмехнулись переглянувшись.
— Я спрошу у Дика, может у него найдется одежка для тебя, вы почти одного роста, — хмыкнул Лорн и быстрыми шагами ушел куда-то, посмеиваясь.
— Когда оденешься, я хотел бы с тобой поговорить, — произнес капитан и вышел, слегка прикрыв дверь, на этот раз меня не заперли.
Вздохнула, походила по тесному помещению, голову пришлось пригнуть. Макушка больно упиралась в потолок, да уж, посчитаю я тут лбом косяки. Села у стены, обхватив колени руками, задумчиво положила подбородок и стала ждать.
В каморку зашел мой мучитель усмехаясь, на середине пути ко мне он понял, что я не связана, я быстро вскочила на ноги.
— Я тебя по стенке размажу, уман, — злобно прорычала я, не спеша приближаться не смотря на мой опыт он тоже далеко не дурак, схвачу его и получу клинком в живот.
— Детка, я убью тебя. И плевать на деньги, — он выхватил саблю и кинулся на меня, я двигаясь предельно быстро, уклонилась, выбросила ногу в молниеносном ударе целясь в горло. Ублюдок упал на пол, харкая кровью и тяжело хрипя, выронил клинок, я отбросила железяку ногой к стене. Я с безразличием смотрела, как он задыхается в своей крови — удар раздробил трахею, била я не настолько сильно, чтобы убить, он обречен на мучительную смерть, если не провести срочную операцию он задохнется.
— Что тут происходит?.. Энрико! — Лорн бросился к товарищу, выронив из рук ворох одежды, тело ублюдка содрогалось от недостатка кислорода, лицо посинело, он дернулся несколько раз и затих. Лорн поднял на меня взгляд.
— Он хотел меня убить, я защищалась, — пожав плечами обронила я, безразлично смотря на тело у своих ног.
— Ты его безоружная убила, его горло просто смято, — сдавленно выговорил он, поднимаясь на ноги.
— Он был слаб, — презрительно фыркнула я, тряхнув головой, — и получил по заслугам, у него хватало смелости лишь на то, чтобы издеваться над беззащитными.
— Он был моим напарником, хоть мы и не дружили, — проговорил Лорн хмуро. — Одевайся, — бросил он мне и подозвал двоих матросов. Мужчины подхватив тело и оружие своего товарища, вышли. Я вздохнула, подошла к куче вещей, задумчиво перебирала — рубашка, брюки немного великоваты в талии, но можно затянуть ремнем. Сапоги оказались большими, нога болталась, не потеряю и ладно. Откинула дреды с плеч назад, чёрт, груди в разрезе видны, завязала тесемки рубахи, вот теперь нормально. За мной зашел Дик, оглядел, одобрительно хмыкнул.