— Ай!
— Извини, молочные железы выглядят как при беременности, но плода я не вижу, — рыкнул он, все так же внимательно смотря через прорези маски.
— Если бы я забеременела, то у меня было бы большое пузо, ни с кем кроме Саг-Нара я не была, не продуло же, я вообще ни чем не болею.
— Нужно тебя обследовать, — он отошел, еще раз оглядел меня, я чувствовала как меня морозит, видимо еще температура подскочила…
— Одевайся и быстро в медотсек, — скомандовал он, выходя.
Броню одевать было больно, так что накинула футболку и натянула брюки, ругаясь сквозь зубы, даже малейшее прикосновение ткани к коже на груди было болезненным. Я разделась в медотсеке, легла в капсулу, Дачанд запустил программу диагностики и удивленно рыкнул.
— Что там?
— У тебя полным ходом идет процесс созревания, ты чем-то отличаешься от уманов. В общем, матка еще не до конца сформировалась или точнее не переформировалась, — он озадаченно щелкнул жвалами. — Молочные железы также увеличиваются и в будущем смогут больше вырабатывать молока, это заключительная стадия созревания, и все кости таза расширяются, отсюда повышение температуры тела, ты буквально вся горишь ,— он хмыкнул- что-то замедлило процесс созревания ранее, и теперь продолжается с той стадии, на которой было прервано.
Я задумалась.
— А бурный секс мог на это как-то повлиять?
Дачанд задумался.
— Возможно, пока ты окончательно не созреешь никаких спариваний, — сделал он предположение. Я собралась вылезать, но он не торопился открыть крышку.
— Подожди, нужно взять несколько анализов. Лежи спокойно, тебе нужно отдохнуть. — Он что-то нажал, и я уснула. Проснулась я, чувствуя себя просто отлично медкапсула была открыта, огляделась — Мачико и Дачанд стоят рядом, лица крайне обеспокоенные, он нервно дергал верхними мандибулами.
— Ты как? — опасливо спросила Мачико.
Я подумала и с чего они так на меня смотрят; провела рукой по лицу, вроде все на месте ничего лишнего; потрогала волосы и тут нормально. Вылезла из медкапсулы, кажется она располагалась над полом немного выше, оглядела себя — груди, пресс, длинные ноги, хвоста нет, когтей тоже не наблюдаю, да что они так на меня смотрят-то? Прикрыла рукой груди, слегка покраснев под пристальным взглядом Дачанда. Он смотрел на меня с каким-то интересом, что случилось-то в конце концов?!
— Где моя одежда?
— Кошка тебе понадобится одежка побольше размером — протянула Мачико с непонятным выражением на лице.
Я наконец, поняла в чем дело — как и говорил медик, я вытянулась, полностью созрев, еще у меня сильно отросли волосы, колечки из белого металла холодили кожу на пояснице. Дачанду я была теперь немного ниже плеча. Когда-то казавшийся мне огромным, он стал просто высоким.
— На, прикройся хоть, — Мачико протянула мне простыню. Дачанд от меня буквально глаз не отводил.
— Хватит пялиться, ты меня смущаешь, — выговорила я, оборачивая вокруг тела ткань.
— Ты выросла и… — он не найдя подходящих слов на общем, выразительно щелкнул.
— Долго я проспала?
— Полгода, мы боялись, что не проснешься, но созревание прошло нормально, — произнесла Мачико, я вздохнула и пошла, оказалось мне еще привыкать нужно к своему немаленькому росту, я запуталась в ногах и чуть не упала, меня успел подхватить Дачанд, взял на руки.
— Тебе придется заново учится ходить и привыкать к телу, — он принюхался. — У тебя запах изменился.
— Ну конечно, я ведь теперь большая девочка, — хмыкнула я. Он донес до каюты положил на широкую кровать.
— Я сделаю тебе новую броню по меркам с медкапсулы, отдыхай.
Я все же встала с постели, как только дверь за ним закрылась, проковыляла пару шагов, сняла занавеску с зеркала, простыня скользнула вниз. Ну что ж, не считая высокого роста и то, что грудь у меня стала почти четвертого размера, плюс большая круглая попа, все на месте, включая шрамы, загар правда поблек, даже родинки остались там же, дреды отросли и густой копной падали до поясницы, спереди прикрывая груди. Да уж, настоящая мечта, я задернула занавеску. Дачанд спал в другом отсеке, наверно тут все осталось без изменений. Я потихоньку походила по спальне, пошарила в гардеробе, нашла футболку, но она мне была до пупка. Так, а вот со штанами сложнее, даже на ногу не налезли, беда… Пошебуршалась еще и нашла платье, померила, ой застряла — грудь не помещается. С силой стянула через голову, опять надела футболку, подумала и сделала из платья юбку, не ходить же в простыне? По стеночке, осторожно перебирая ногами, пошла в мастерскую. Дачанд уже вовсю работал. Часть нагрудника был почти готова.
— А тебе не кажется, что он слишком выпуклый? — спросила я посмотрев на детальку с сомнением.
Дачанд обернулся, отложил инструменты, оглядел с ног до головы, приблизился и нежно проведя ладонью рукой по груди, притянул за талию.
— В самый раз, — прорычал с несвойственной ему нежностью он, глядя мне в глаза, поглаживал спину. Я осторожно уперлась ладонями ему в грудь, не ожидая от него ничего подобного.
— Дачанд не нужно… пусти.
— Ты стала такой…взрослой, — не подобрав нужного слова, произнес он, — извини… Думаю через три дня броня будет готова.
— Хорошо, я пойду, похожу немного.
— Будь осторожна, не упади, — заботливо прорычал он, щелкнув жвалами.
Я опять же стеночке, опираясь одной рукой, уже немного увереннее, пошла к выходу, открыла люк вышла по трапу, люк закрылся, чуть более уверенным шагом, походкой двухлетнего ребенка, шлепая босыми ногами, дошла до домика. Внутри никого не оказалось, наверно Мачико по делам вышла куда-то. Забрела в свою комнату, и без сил брякнулась на кровать, от таких малых усилий, так устать, а ведь раньше я могла охотиться несколько дней кряду без сна и отдыха. Ноги немного свисали с дальнего края кровати.
Следующие несколько месяцев я привыкала к росту и своему телу. Дачанд и Мачико гоняли меня не жалея сил, тело очень быстро вспомнило все навыки, я стала выносливее мышцы и кости окончательно сформировавшись, стали прочнее. Я много бегала по пустыне, желая быстрее придти в привычную форму. Гибкость также пришлось восстанавливать — растяжки каждый день с утра пораньше, прямо как в танцевальном классе, разминка, гимнастика.
Как-то, прибираясь в своей каюте я умудрилась откопать среди вещей плеер, он оказался в старых джинсах, а я и не помню как его с базы взяла, наверно в подсумок засунула и забыла, там же нашлись и любимые наушники. Вдруг, когда вытряхивала один из подсумков, на пол что-то, звякнув выкатилось, я подняла и тут же села от хохота на пол. Та самая банка с тушенкой, что я цепанула с полки на складе базы, плоская консерва провалялась столько времени… а я-то думаю, чего подсумок такой тяжелый.
Заглянувший на шум Дачанд с недоумением смотрел, как я икаю от смеха с зажатой в руке тушенкой, сидя на полу, вокруг в беспорядке валяется куча всякого барахла.
— Дачанд, знаешь откуда это? — хихикая, я потрясла консервой. — Блин… в дамской сумочке прибираюсь, — тут я не выдержав, прыснула еще громче. Он недоуменно рыкнул и ушел, может решил, что я окончательно слетела с катушек. Я отложила тушенку и плеер с наушниками на стол, решив, что Мачико тоже будет забавно посмотреть на консерву двухсотлетней давности. Все еще посмеиваясь, я потихоньку успокоилась и продолжила уборку. Наконец все аккуратно разложено по полочкам, подсумки перетряхнуты и вычищены, лишний хлам я выкинула. Занялась чисткой оружия, уже окончательно успокоившись. Провозилась я довольно долго, в животе требовательно урчало.
Повесив вычищенное оружие на стену, цепанула плеер с наушниками и тушенку, потопала на выход. Улица привычно обдала горячим сухим воздухом, но я уже привыкла к климату этой планеты, хотя дико скучаю по джунглям. Дачанд что-то опять мастерил, сидя под навесом в укрепленном кресле. Он не на шутку увлекся резьбой и вытачивал из местной мягкой породы розового цвета интересные фигурки.
Я посмотрела на его новое творение. Готов был только верх статуэтки; изящная голова в маске, гордая осанка, высокая грудь, дреды удивительно четко прорезаны как и детали брони и лица, даже кончики ушей.