— Не нравится, отвернись.
Она и отвернулась… блевать в травку.
Я обмыла череп специальным раствором, достала из рюкзака контейнер с желе и аккуратно поместила черепушку с волчьими зубами и рядом вдоль уложила позвоночник, закрыла и убрала свой первый трофей в рюкзак, вдруг тут и вампиры водятся, вот Варк от зависти жвалы проглотит. Хотя его капсула вроде тоже где-то неподалеку, впрочем я не смогла засечь сигналов других капсул, странно.
— Ты куда?! — Припустила спасенная за мной.
— Охотится, конечно, — фыркнула я на ходу, не сбавляя шага, мне эта пигалица едва доставала до груди.
— Ты что, бросишь меня здесь? — ее вопли начинали раздражать.
— Слушай ты, сахарная девка иди-ка ты домой, пока на твои вопли оборотни не сбежались со всей округи, стрел из серебра у меня нет, второй раз так может и не повезти.
— А он меня не убить хотел, — вдруг спокойно сказала она.
— А что же еще? — тут меня осенило.
— Наш караван шел в город, всех убили, а меня оставили, на забаву вожаку, — она снова всхлипнула. — Это не их территория, обычно они живут дальше, в глубине леса.
— Эмм, а как он в таком-то виде…
— Да ему все равно в каком виде, он и так мог, а потом на рассвете в облике человека, — она задрожала.
— Ну дела, ладно давай провожу где ты там живешь, а остальные где бегают?
— Их четверо было, они наверно убежали, когда вожак умер.
— Ясно где город-то?
— Идем, покажу мы как раз к нему направлялись.
— А у тебя был мужчина вообще? Что они так на тебя кинулись.
— Нет, у меня еще не было никого, — испуганно обернулась она.
Мда уж, они же до смерти ее изнасиловали бы. Мы вышли на дорогу, тележную или как там, грунтовка в общем, интересно почему дороги не мостят? Или их цивилизация еще не доросла до таких технологий…
Наткнулись на разграбленный караван, изорванные в клочья тела лежали всюду, живых не осталось. Впереди слышалось испуганное ржание, одна лошадь дрожала в истерике с залитым кровью боком, кровь не её, а вот и другая лежит на земле с оторванной головой, я перерубила двойными лезвиями упряжь, испуганная животина тут же унеслась.
— Ты зачем коня отпустила? Теперь пешком придется идти.
— В таком состояние эта животина даже на мясо не годится, пошли, не развалишься, город впереди же? — фыркнула я.
— Да.
Я проводила её до окраины городка.
— Все я пошла, удачи.
— Как? Ты что вот так оставишь меня, у меня даже денег нет!
— Отдашь золото, что на тебе ничего страшного.
— Я не знаю куда идти, этот город мне не знаком, — та захлюпала носом.
— Слушай, иди к вывеске гостиницы или трактира или как у вас там это называется, дорогу спросить язык не отвалится, сдаешь какое-нибудь украшение в у плату, снимаешь комнату, утром идешь и связываешься с родными… все!
— Я же женщина и одна к тому же, без сопровождения мужчины, — всхлипнула она. — Надо мной могут надругаться.
— А защищать ты себя умеешь?
— Нет…
Ну вот нянькой этой неженке я не собиралась быть, ну ладно сбагрю ее родным и пойду искать еще кого на трофеи.
— На моей родине таких слабачек как ты презирают, женщина должна уметь постоять за себя, а то пока доорешься принца на белом коне, порвут и по кругу пустят, — выговаривала я ей, топая по дороге в город. Она хлюпнув пару раз побежала за мной, и молчала всю дорогу, вот же меня угораздило.
— В этом доспехе ты похожа на наемницу, ты воин?
— Да.
— У тебя на родине все женщины воины?
— Нет, не все, есть медики, художники, ученые, да много кем еще работают… Каждая выбирает занятие по вкусу и по талантам.
— Женщины и ученые?! У нас наукой только мужчинам разрешено заниматься, — проговорила она изумленно.
— Неудивительно, что вы такие отсталые, а женщины что делают?
— Шьют, готовят и медициной занимаются. У нас лучшие веды в округе, мало кто болеет, а все благодаря им, еще рожают конечно же.
— Ясно все с вами, а веды это ведуньи травницы?
— Да, они всех лечат, живут на отшибе их все уважают и почитают.
Так где тут трактир? А вот и он, кушать после ночной пробежки все же немного хотелось, да и эту нужно накормить.
— А что тут в ходу, в смысле валюты?
— Золото в основном ценится и серебро.
— Ясно расплатимся твоей брошкой, она золотая?
— Да, мне не жалко… к тому же я проголодалась и устала.
Мы вошли в трактир, удивительно чистый за дубовыми столами сидели мужчины разных возрастов и типажей и разной степени упитости, ночь все-таки, я прошла к стойке под пристальными взглядами выпивох, следом девушка, испуганно косящаяся на народ.
— Двухместный номер, ванну и горячий ужин с доставкой туда же и бутылку лучшего вина красного, — проговорила я полноватому мужику у стойки.
— А чем воительница будет платить за столь обширный заказ? — любезно поинтересовался он.
Я сделала девушке знак, та отцепила брошку и положила на стойку, брошка тут же исчезла хозяин чем-то позвенел и положил туго набитый мешочек с монетами.
— Вот сдача, первая дверь направо, — он протянул ключ, кошелек я убрала в подсумок. — Ужин вам скоро принесут и ванну наберут, — он оглядел мою фигуру, — побольше.
Мы поднялись по лестнице наверх я открыла дверь по коридору направо. Зашли, похоже это местный люкс, — небольшая гостиная, две двери ведущие в спальни с широкими кроватями с набалдашниками на низких спинках.
— Мило, — сказала я. — Тебя как зовут-то?
— Элен, — сказала она, с любопытством озираясь.
— Кошка.
— Это что прозвище? Оно тебе подходит, — она устало села на одно из мягких стульев у овального стола посреди гостиной. В дверь постучали.
— Войдите.
Принесли кучу всякой снеди, а они случаем номером не ошиблись? Тут и домашнее жаркое, и картошка, салатик из овощей, сыр, мясо и бутылка вина, слуги поставили подсвечник из меди с шестью свечами, разложили приборы, открыли вино и поставили два бокала, слуга и двое служанок быстро удалились.
— Вам ванну общую или отдельно? — Спросила служанка. Элен пожала плечами, ей было уже все равно.
— Общую.
Та кивнула и притворила дверь. Я поставила у кровати оружие и пошла искать где помыть руки, оказалось тут что-то вроде рукомойника и мыло, мы помыли руки и налетели на еду. Две хрупкие девушки умяли все, что принесли, оставили только закуску для вина. Я разлила вино по бокалам и осторожно попробовала рубиновый напиток.
— М-м вкусно, — сказала я, подцепила вилочкой шмат сыра, мм сыр домашний, вкуснятина.
— А ты неплохо обращаешься с приборами для воина, — заметила Элен. — Не хуже, а то и лучше некоторых дворян, и за столом умеешь себя вести, и в винах разбираешься.
— У меня классическое образование. Мама многому меня научила, а потом я решила что пора вылететь из гнезда, вот и все.
— Так ты дворянка?
— Да нет, обычный человек, папа бывший военный, мама ученый.
— У вас уважаемая семья.
Я пожала плечами, мы быстро подъели всю закусь, бутылка почти опустела. Элен клонило в сон.Зашли слуги и все убрали, потом вежливо попросили сесть на кресла на краю комнаты, мы пересели, стол отодвинули, внесли большую ванну, наполнили водой из ведер и ушли, остались только две служанки.
— Мы поможем вам обмыться.
— Это не для меня, а для нее, наслаждайся, — сказала я Элен, и ушла в свою комнату.
Краем глаза заметила, как девушка благодарно улыбнулась, и пошла к ванне служанки стали ее раздевать, я закрыла дверь, скинула сапоги, и улеглась на мягкую кровать. Утром проснулась бодрой и отдохнувшей, вот что значит хорошее вино, никакого похмелья. Оружие решила оставить нечего людей пугать. Элен еще спала. Ладно, умаялась пусть спит, написала записку на общем, чтобы она из номера никуда не выходила. Спустилась вниз, народу было еще мало, в основном простой рабочий люд завтракал.
— С добрым утром, — поздоровалась я с трактирщиком.
— Какое же оно доброе, воительница, твоя подруга спит еще?
— Пусть отдыхает, вчера тяжелая ночка выдалась, а что случилось?