— Если денег, то рекомендую обратиться в банк. Там правда процент высоковат. — прервал несмелые слова полицейского Лиис.
— Никак нет. Я бы хотел попросить вас делиться информацией по маньяку. — с чуть проснувшей надеждой попросил мужчина.
Ответ последовал почти незамедлительно, чем весьма удивил полицейского: — Лично с вами я не против обсуждать некоторые дела, Молодов. Но только с вами. Если кто-нибудь из вашей шайке попытается обратиться ко мне, спущу с лестницы. Ну и конечно у меня есть условие.
— Какое?! — скрестил пальцы Молодов, надеясь, что он ошибся в том о чём может потребовать от него аристократ.
— Я требую чтобы маньяка передали мне. По крайне мере до того момента, пока его туша не будет предъявлена господину Артемьеву. И при этом он должен быть живым по возможности. Хотя и не настаиваю на последнем.
Молодов ответил не сразу. Но в итоге смог произнести: — Я не имею принимать такие решения самостоятельно.
— Отнюдь. — покачал головой Лиис: — Я не требую группу поддержки при захвате. Просто о личности нашего общего знакомого я хочу знать несколько раньше, чем ваше начальство. А дабы избежать шероховатостей, мы с вами заключим договор. За вашей подписью. И если вы посмеете меня обмануть, я его обнародую в той желтой газетёнки борзого журналиста. Представляете, что сделает с вами начальство?
— Вполне. Я могу подумать?
— Нет. — отрезал Лиис: — Первый порыв самый честный. И не оставляет лишнего шанса на предательство. Найдётся у вас бумажка и ручка?
Через полчаса они покинули это здание друг за другом. Только вот теперь Лиис в прямом смысле держал в рукаве, небольшой пергамент с договором, подписанный сержантом и его печатью.
*****
Своих планов он не поменял и зашёл ещё в несколько приютов и даже переборов себя, забрался в один из бедных кварталов, где за пяток рублей ему нарассказывали много страшных историй о пропавших. Только вот ничто их этого не позволило ему даже примерно прояснить мотив преступника. Приюты, из которых пропали дети, тоже ясности не принесли.
Их директоров в принципе было сложно вывести на разговор в отличие от первой его «жертвы» они оказались покрепче духом и не собирались падать в обморок при виде оружия аристократа и его печатки. Но кое-что вытянуть из них удалось. Больше нигде худой человек не заходил и не «арендовал» ребёнка. Похищения случались внезапно и только крики убежавших позволяли узнать, что что-то произошло. К несчастью для слишком ответственных попытка помочь подопечным заканчивалась всегда одинаково.
Уставший Стефан возвращался домой, когда остановился перед магазинчиком с лаконичной вывеской «Карты». Найти нужную и большую удалось не с первой попытки и сухонький старичок отдавая нужный экземпляр, тихо пробормотал: — Уже вторую берёт. Девать денег некуда чтоль?
Лиис услышал эти слова и смог сложить один плюс один, но задавать вопрос не стал.
Дома его встретил Иван, которого Лиис хотел сначала демонстративно проигнорировать, но в итоге плюнул и просто впихнул карту тому в руки и приказал: — Повесить. А это… — он бросил подшивки слуге в другую руку: — оставь на кровати.
С ужина он пришёл уже чуть-чуть отдохнувшим и поэтому переодевшись в домашнее открыл газеты. Всю ночь он читал при не самом ярком свете статьи, потом находил адреса на карте и отмечал крестиками места, где происходили убийства.
Закончил он, когда часы уже показывали четыре утра и уставшие мозги отказывались осматривать открывшуюся картину. За осмотром полотна он и вырубился.
Однако дернувшись снова открыл глаза и недоуменно захлопал глазами посмотрел на часы поблизости. Они показывали, что прошло почти три часа, но при этом он не чувствовал себя ни капли отдохнувшим.
— Надо поспать нормально. — решил Стефан, и уже собрался перебраться на кровать окончательно, но заметил, что пальцы его были в чёрной саже. Потом осмотрелся вокруг и увидел немало раскиданных угольков, а рядом лежала большая линейка.
— Неужели я лунатить начал на фоне стресса? — предположил мальчик, не поверив, что Филип мог поменяться с ним всего на несколько часов и вернуть ему контроль над телом.
А потом в голове наконец щёлкнула мысль, а едва уловимая на границе глаза картинка стала чёткой. Стефан посмотрел на карту.
Несколько часов назад на ней были лишь небольшие крестики, показывавшие места преступлений и чью систему он так и не понял. Теперь же через всю карту проходила единая линия, что соединяла их все. Огромная спираль, начерченная твёрдой рукой, начиналась у окраины города и продолжала закручивать по направлению к центру.