*****
А тем временем Бык снова бросил трубку стационарного телефона. Он никуда не дозвонился, линия оказалась перерезана, поэтому взяв себя в руки, он подошёл к стене и снял с неё пистолет и шестопёр. Примитивное оружие, однако, не раз и не два спасала ему жизнь. В сочетание с револьвером он был отличным аргументом в любом противостоянии.
Он не боялся. Наоборот был спокоен, даже его знаменитая злость полностью прошла. «Бык» готов броситься в атаку и уничтожить обнаглевшего напавшего. Однако это не означало, что он собирался покидать свой кабинет. В бой идут или подчиненные или тупицы командиры не знающие что такое командование.
*****
Лестница превратилась в страшное зрелище. Множество сколов, кровь на стенах, переломанные трупы на пролетах. И шагающих как бездумный механизм мальчишка. Филип не понимал себя. Он чувствовал эйфорию, пелена как обычно застилала глаза, но при этом он не поймав кураж, действовал слишком технично.
— Что такое? — смотря на свою руку, спросил он у самого себя, когда его рука поднялась быстрее чем команду отдал разум. В несколькими секундами ранее на него как раз налетело двое. И если первого, он, как и положено, поймал на пулю, то второго зарезал.
— Откуда это? — продолжал он задавать себе вопросы, поднимаясь уже на седьмой этаж.
Добравшись до восьмого, он решил вернуться и тут понял, что не может. Ни не хочет, а именно не может его нога вступила на лестницу на предпоследнюю лестницу перед личными покоями «Быка». Всю дорогу на последний этаж, он провел ударяясь головой об стенку своего разума.
Добиться результата ему удалось стоя среди трупа бандитов вперемешку с гражданскими. Руки его дрожали, вокруг уже не пахло воняло кровью, а левая рука держала нож, на который была насажена уже почти пожилая женщина секретарь. С трудом заставив себя разжать руку, Филип сделал шаг назад. Ещё шаг. Наверное, он бы сбежал так и не доведя дело до хоть какого-нибудь логического конца, но уже подходя к лифту развернулся и разрядил полную обойму в дверь, которая зазвенела показывая, что в ней достаточно металла.
Вышел он также, как и вошёл через парадный и направился домой.
*****
Переулки
Возвращавшая с собрания Ядвига, с трудом заставляла себя идти ровно. Ведь сегодняшний день позволил ей выполнить почти все задачи её плана. А когда Скрипка красиво вещавший о великих перспективах своего босса внезапно свернул встречу и умотал вслед за своей охранной, она мысленно поздравила себя.
Теперь она бежала домой. Ей было необходимо закрепить эффект и успокоить своего союзника. Скоро его поддержка должна была стать ключом для всех дверей.
Но одного девушка не учла. Поддавшись эйфории, она перестала смотреть по сторонам и не заметила машину. Машину, из которой выскочил человек и буквально кинувшейся к ведьме. Ядвига, несмотря на все свои способности оставалась девушкой, и поэтому, когда ей зажали нос платком запаниковала и забилась. И билась до тех пор, пока не потеряла сознание.
А напавший просто и без затей закинул свою жертву в машину и на полной скорости направился к своей цели.
*****
Вернувшийся Филип с трудом стоял на ногах, но оставался в трезвом рассудке. Но это пугало его гораздо больше, чем любая эйфория что была полностью управляемой сегодня. Поэтому в дверь он стучал слабо, но уверено.
Однако несмотря на тишину ударов, они были услышаны, и Иван распахнул дверь. Увидев мальчишку перед ним потрепанного до крайности и ещё в не полностью исчезнувшей крови форме, он силком затащил его внутрь и почти также протащил до гостиницы. Дверь захлопнулась и показалась юноше дурным предзнаменованием.
— Что случилось? — раздался одновременный вопрос собеседников.
И первым ответил Иван: — Ядвига пропала и принесли это. — он протянул письмо и прядь рыжих волос.
Раскрыв его и пробежавшись по тексту, Филип зашатался несмотря на то что сидел.
— Черт как же… — сознание юноши начала быстро уплывать, а Стефан рвался на своё место ведь тоже смог узнать текст письма. Ведь сегодня они впервые со своим сожителем оказались в одном теле.
— Стой. — орал из последних сил Филип, а руки тела сминали письмо и сминали обивку дивана: — Нельзя идти туда на эмоциях! Это ловушка!
И прежде чем телом окончательно завладел Стефан, он услышал: — И тогда он об этом ПОЖАЛЕЕТ!!!
Глава 21
Стефан давно не было так плохо. А в физическом и моральном ключе так и вообще никогда. Мало ему было оказаться в общем теле, которым продолжал управлять чужак, так увиденный текст письма заставил его буквально проскрести стену, которую между ним и телом установил Филип. Процесс оказался чудовищно болезненным, а закончившись, оставил поганую уверенность, чужак всё ещё рядом. «Стоит» по ту сторону стены, которая теперь отделяет уже Стефана от иномирного захватчика.