И вот наконец конференц-зал где были собраны многие из его подчинённых, он увидел сверкающую улыбку капитана. Но хоть ему и хотелось бежать на встречу своей удачи, он шагал степенно, никак не показывая, что рад больше чем должен.
Вот он подходит к кафедре и ожидает, что капитан уступит ему место, но Лецменов поднимает руку и будто прося разрешение спрашивает: — Вы не против если я буду первым?
Подполковник лишь кивает и сдерживая недовольство отступает немного назад к своим ближайшим подчиненным, среди которых не было лишь майора Свицкого. А капитана дождавшись, когда последние из приглашённых сядет на своё место и откашливая начинает говорить. Начало речи совпадает с тем как закрылась последняя из дверей.
— Всем вам известны печальные события последних нескольких месяцев. Нападения обезумевшего маньяка заставили людей дрожать даже в собственных домах и стараться не выпускать детей из своего поля зрения. Хотя, как показало расследование и это не всегда было панацеей от страшных последствий.
Все присутствующие после этих слов изобразили приличествующее моменту лица. Хотя было немало тех, кто и считал, что уменьшение бродяжек на улице скорее благо для города, чем печальное событие.
— Ещё печальнее что этим самым маньяком оказался ваш коллега. Вам его имя наверняка знакомо. К сожалению, подававший большие надежды Ершов Станислав Александрович, то ли в следствии травмы, то ли обострившейся умственной болезни, пошёл за своими безумными идеями и только недавно благодаря усилиям неожиданного помощника, удалось не только получить доказательства злодеяний безумца, но и поймать его с поличным. В данный момент преступник готовиться к переправке в столицу, где его ждёт суд и казнь.
Говоря это Лецменов немного лукавил, но никто в зале этого не знал, но почти все выдохнули поняв, что больше не нужно ожидать удара в спину из-за угла. Все уже готовились зааплодировать и даже начали раздаваться первые жиденькие хлопки, но капитан внезапно силой ударил мгновенно сформированным ледянным молотком по кафедре. Сделанный из хрупкого льда, он разлетелся на множество мелких осколков издав неприятный звук бьющегося стекла и мгновенно установил абсолютную тишину в зале.
Лицо капитана при этом прямо на глазах теряло всякую доброжелательность, а глаза что ещё минуту назад излучали любовь и тепло ко всему миру, стали холодными и равнодушными.
— Но печально не это. Трагедия бывшего сержанта — это следствие многих совпадений, которые случаются раз или два на тысячи жизней. Печальнее смотреть на тех, кто должен был остановить преступника, но предпочёл закрывать глаза или больше потворствовать ему.
Пару секунд в зале было тихо. Но собравшись с мыслями подполковник Рунов сделал шаг вперёд и решил мягко остановить по его мнению слишком распалившегося капитана: — Но ваша милость, вы же только что сами сказали, что случившееся неприятная трагедия, возникшая благодаря удачи, одного человека! О каком же сотрудничестве и потворстве вы говорите?
— О простом. Я говорю о вашем сотрудничестве с известным криминальным элементом по прозвищу «Бык». Скажите Рунов, сложно было деньги брать? А выдавливать подчинённых со службы? А отправлять на смерть?
В зале в один момент стало душно. Многие офицеры побледнели, а их начальник точнее бывший начальник, так и вообще сделал шаг назад чувствуя, как под ногами у него раскрывается огромная яма.
Рука его метнулась к поясу, где висело табельное, но спустя несколько секунд всё его тело оказалось заковано в лёд. Видя расправу над своим начальником многие схватились за оружие, но тут же начали раздавали выстрелы, охрана капитана и многие как казалось ранее обычные офисные служащие. Многие сопротивлялись, понимая, что ничем хорошим для них суд не закончиться, но были и те кто просто оставались на местах, не реагируя на призывы о помощи и приказы своих начальников. Но любое сопротивления с самого начало было обречено на поражение. Ведь на стороне столичной группы был настоящий аристократ. Взрывался лёд, изморозь покрывала оружия, обжигая руки и заставляя разжиматься ладони. Многие ответные выстрелы так и остались в ледяных укрытиях, созданных аристократом.
Побоище было знатным, но по сути оказалось, что погибших всего несколько. Один из них оказался и Вольцев, который по своей наивности решил, что в упор он сможет убить аристократа. Две его половинки теперь лежали на полу, и верхняя продолжала дергаться. Мозг до последнего отказывался признавать, что был мертв.