Я резко встала и вышла в коридор. Свет факелов отбрасывал на стены длинные, пляшущие тени. Я не колебалась – направилась прямо к комнате Рейнара. Постучала. Он открыл почти мгновенно, будто стоял у двери. Его лицо было напряжено, в глазах – вопрос и тень тревоги.
— Рейнар, — начала я, не впуская его в комнату, не давая себе передумать. — Я... мне нужна твоя помощь. Сейчас. Существует ли... артефакт? Что-то, позволяющее... связаться? С другим миром? С конкретным человеком? Хотя бы увидеть? Услышать?
Он нахмурился, изучая мое лицо. Видимо, прочитал в нем отчаяние и решимость.
— Да, — ответил он после паузы. — Есть. Зерцало Безмолвных Шепотов. Оно хранится в нашей сокровищнице. Но связь через него... она нестабильна. Кратка. Требует огромной концентрации и силы воли от обеих сторон. И... — он посмотрел мне прямо в глаза, — это опасно. Для тебя. Энергия мирового перехода может ударить обратной волной.
— Мне все равно, — сказала я твердо. — Мне нужно попробовать. Сейчас. Пожалуйста.
Он не стал спорить. Кивнул коротко и повел меня вглубь особняка, по потайным лестницам и темным коридорам, куда не доносились звуки дома. Сокровищница оказалась за массивной дверью, запертой сложным механизмом и, как я почувствовала кожей, магией. Рейнар провел рукой по замку, что-то прошептав на незнакомом языке. Дверь открылась бесшумно.
Внутри, на бархатной подушке в стеклянной витрине, лежало небольшое овальное зеркало в оправе из темного, почти черного металла, инкрустированного крошечными серебристыми камнями, похожими на звезды. Оно не отражало свет – лишь поглощало его.
Рейнар осторожно достал его. Зеркало было холодным, как лед.
— Сядь, — приказал он, указывая на каменную скамью в углу. — Держи его перед собой. Закрой глаза. Думай только о ней. О ее лице, голосе, запахе, о месте, где она сейчас должна быть. Представь это с максимальной ясностью. Я буду поддерживать канал, но связь зависит от вас.
Он отошел к двери, дав мне пространство, но оставаясь на страже. Я сжала холодную рукоять зеркала, закрыла глаза и погрузилась в воспоминания. Бабушка. Ее теплые, шершавые от работы руки. Мягкий запах печеных яблок и мяты, всегда витавший в ее доме. Морщинки у глаз, которые становились глубже, когда она смеялась. Скрип половиц на кухне... Я вложила в образ всю свою тоску, всю любовь, весь страх из сна.
Зеркало в руках завибрировало. Я открыла глаза.
Темная поверхность зеркала заколебалась, как вода. Потом проступили размытые очертания... Кухня. Бабушкин дом! И... она! Она сидела за столом, но не мирно. Она была напряжена, ее глаза широко открыты, полны тревоги, а руки сжимали края стола так, что костяшки пальцев побелели. Она что-то беззвучно шептала, глядя прямо перед собой – прямо в зеркало, прямо на меня!
— Бабуля! — крикнула я, забыв обо всем. — Бабуля, я здесь! Я слышу тебя! Что случилось? Ты в опасности? Кто тебе угрожает?
Ее губы зашевелились. Звук доносился как сквозь толщу воды, прерывистый и далекий, но я услышала:
— Алечка... милая... Слава Богам... Видишь... Слышишь... Она глубоко вдохнула, ее голос окреп, пробиваясь сквозь помехи: — Не за меня... бойся... За тебя! Поняли... кто ты... Они ищут... тебя!
— Кто? Кто ищет? — я вжалась в зеркало. — Что они поняли?
Образ бабушки поплыл, стал прозрачнее. Она торопилась, понимая, что связь рушится:
— Твоя кровь... Алечка... Ты... особенная... Не просто так... попала... История... наша семья... Она задыхалась. — Во время... той страшной войны... Истребления... Пра... прабабка твоя... Любила... Его... Дракона... Он... отдал ей... частицу... силы... Крови... Чтобы спасти... ее... и ребенка... Бабушка схватилась за сердце, ее лицо исказилось от усилия. — Скрывались... поколения... Пока не смогли... уйти... в твой мир... через... портал... Но сила... спит... до... времени... Теперь... проснулась... в тебе... Они... охотники... древние... знают... признаки... Ищут... последних... носителей... Чистой... крови... Беги... Осторожна... Не верь... всем... даже... им... там... Люблю...
Ее голос оборвался. Образ распался на мерцающие точки и исчез. Зеркало в моих руках стало просто холодным куском стекла и металла. Я сидела, ошеломленная, сжимая его до боли, слезы текли по щекам, но теперь это были слезы не только страха, но и оглушительного откровения.
Прабабка... Дракон... Любовь... Спасение... Смешанная кровь... Спящая сила... Охотники древних кровей...
Она не была в сиюминутной опасности. Она пыталась спасти меня. Предупредить о куда более страшной и древней угрозе, чем просто ненависть Лумидора. И открыть тайну, хранимую поколениями. Я была не случайной гостьей. Я была... наследницей. Наследницей древнего союза, жертвы и силы. И теперь за этой силой охотились те, кто помнил старые войны лучше всех.