Позже он проводил меня обратно к дому – на этот раз через парадную дверь. У моей комнаты он остановился. Взгляд его снова стал проницательным, но в нем не было прежней отстраненности. Он поднял мою руку. Его губы коснулись моей кожи чуть выше запястья – поцелуй был легким, но обжигающим, как прикосновение раскаленного металла.
— Спокойной ночи, Алиса, — его шепот прозвучал в тишине коридора как заклинание.
Он повернулся и растворился в полумраке, оставив меня на пороге комнаты с бешено бьющимся сердцем, запахом ночных цветов на платье и жгучим отпечатком его губ на коже. Дверь в мою старую жизнь захлопнулась чуть громче. А новая – только что распахнулась навстречу буре чувств.
Глава 7. Тени и Свет.
Сон не приходил долго. Я ворочалась на шелковых простынях, мысленно возвращаясь к каждому слову Рейнара, к теплу его рук, к обжигающему прикосновению губ на запястье. Смешение страха, недоверия и странного, сладкого волнения не давало покоя. Лишь под утро, когда первые бледные лучи солнца пробились сквозь плотные шторы, я провалилась в тяжелый, беспокойный сон.
Черное озеро. Оно снова было передо мной. Но на этот раз его темная, как чернила, гладь отражала не меня, а бабушку. Она стояла на пороге своего деревенского дома, лицо искажено ужасом, рот открыт в беззвучном крике. Она что-то яростно показывала на лес за спиной, тряся руками, пытаясь докричаться. Я бросилась к воде, кричала ее имя, звала, умоляла услышать! Но между нами была непроницаемая стеклянная стена тишины. Она не слышала. Не видела меня. Только кричала в пустоту, предупреждая о чем-то страшном. Я вглядывалась в ее губы, пытаясь понять: "Беги!" ? "Не ходи!" ? "Опасность!" ? Я не успела разобрать. Сильный толчок – и я вырвалась из сна.
Я села на кровати, вся в холодном поту, слезы текли по щекам сами собой. Сердце колотилось, как пойманная птица. Грудь сжимала ледяная рука страха – не за себя, а за нее. За бабушку. Что она пыталась сказать? Что ей угрожает? Часы на тумбочке показывали восемь утра. До завтрака – час. Нужно было приходить в себя.
Я с трудом поднялась, смыла следы слез и бессонницы. Служанки оставили на стуле легкое платье – воздушное, цвета утреннего неба, с серебристой вышивкой по подолу. Оно было простым и успокаивающим. Я надела его, заплела волосы в тугую косу, стараясь собрать воедино не только их, но и свои мысли. Маска спокойствия. Ее нужно было надеть.
Внизу, в солнечной утренней столовой, уже царила тихая атмосфера. Арригон просматривал какие-то свитки, Лираэль с нежной улыбкой помешивала чай. Рейнар сидел напротив входа. Его взгляд мгновенно нашел меня, скользнул по платью, по моему, вероятно, еще слишком бледному лицу. В его глазах мелькнул вопрос, но он тут же был скрыт привычной сдержанностью.
— Доброе утро, Алиса, — прозвучал мелодичный голос Лираэль. — Ты хорошо отдохнула?
— Доброе утро, — я попыталась улыбнуться, сев на указанное место. — Да, спасибо. Комната очень комфортная.
Завтрак прошел удивительно легко. Разговор крутился вокруг нейтральных тем: погода в горах (обещали быть ясной), новости о каком-то удачном сборе редких горных трав, планы Лираэль по обновлению лунного сада. Никто не спрашивал о моем сне, о моих мыслях, о вчерашней прогулке. Арригон был немногословен, но вежлив. Лираэль излучала спокойную теплоту. Рейнар участвовал в разговоре ровно настолько, чтобы не привлекать внимания к своему молчанию, но я чувствовала его взгляд на себе. Он знал, что я не спала. Знал, что что-то случилось. Но не давил.
Когда Сириус убрал последние тарелки, Рейнар отодвинул стул.
— Погода и правда отличная, — сказал он, обращаясь ко всем, но глядя на меня. — Алиса еще не видела Город Теней при свете дня. Думаю, небольшая прогулка на свежем воздухе пойдет на пользу. С твоего позволения, мать? — Он кивнул Лираэль.
— Конечно, сынок, — она улыбнулась. — Покажи ей Нижний Рынок. Там сегодня должна быть ярмарка ремесленников. И не забудь купить моих любимых пряностей у старика Горана.
Выходя из прохладного величия особняка на улицу, я вздохнула полной грудью. Воздух, хотя и оставался прохладным из-за гор, был напоен солнцем и непривычными ароматами. Город Теней преобразился. Серый камень стен и мостовых уже не казался таким мрачным – он переливался разными оттенками под лучами солнца. Узкие улочки были оживлены. Люди в практичной, но часто украшенной вышивкой или металлическими вставками одежде спешили по делам. Звучали голоса, смех, где-то вдалеке играла простая, бодрая мелодия на флейте.
Рейнар шел рядом, его присутствие было одновременно защитой и источником легкого напряжения после вчерашнего. Он молчал, давая мне осмотреться. Мы спустились по каскаду каменных лестниц вниз, в более оживленную часть города.