***
Ближе к вечеру погода все-таки сжалилась над людьми и дождь прекратился. Солнце уже на закате решило одарить всех своими лучами, которые больше приносили радости, нежели тепла. Оно изредка показывалось из-за туч, а ветер, который гнал эти самые тучи, развеивал последнее тепло, напоминая о скором приближении холодов.
Энни, уставшая сидеть дома, вышла на улицу и побрела к дому Сэма. Он жил в другом конце города Хайленда, но дорога никогда ее не утруждала, а наоборот, было занимательно побродить по до боли знакомым улицам, да заметить то тут, то там что-нибудь новенькое. Дойдя до дома своего друга, она устроилась на мокрых порожках, использовав свои ладони как сиденье.
Сэм выбежал из дома, распахнув дверь настежь и чуть не задел Энни. Она была в своем обычном розовом платье в мелкий горошек, на ногах были не по размеру сапоги до колен, покрытые грязью и в кофте, которая осталась от ее матери и была ей до середины колен. Волосы как обычно были заплетены в два низких хвостика, доходивших ей до середины спины, и подвязаны красными лентами, за которыми она очень тщательно ухаживала.
- Ты чего тут сидишь?- спросил Сэм, он как раз решил навестить Энни и не ожидал увидеть ее тут, сидящую на его порожках.
- Ну, я решила, что можно остаток дня провести вместе - неуверенно ответила Энни, не поднимая глаз с земли, в которой она ковырялась какой-то палкой
-Глупая, надо же было в дом войти - такое беспечное отношение к себе всегда волновало Сэма - подожди я сейчас.
Энни никогда не думала о себе, она могла думать о ком угодно, о соседке, которая к ней не имели никакого отношения, лишь иногда подкидывая ей какую-нибудь работенку, о бродячей кошке, которой было нечем кормить своих котят, о бедной козе, которую продавали на рынке и которая по словам Энни выглядела слишком несчастной, о ком угодно, но только не о себе. Именно по этому, Сэм и волновался за нее каждый раз, потому что она готова была сидеть на холоде, лишь бы не беспокоить других.
Но вот и не прошло и двух минут, как Сэм вновь появился в дверном проеме, и в руках держал что-то скомканное.
- Ну-ка встань - скомандовал он и Энни, молча повинуясь, отошла в сторонку.
Сэм быстро стал перебирать руками, и вскоре развел их в стороны, показывая два небольших пледа. Один был шерстяной синий, в толстую полоску, а другой красный махровый, больше похожий на полотенце. Как раз его он и постелил на ступеньки.
- Ну вот, теперь присаживайся - сказал он, более радостным голосом, приглашая рукой присесть.
Энни заулыбалась. Она знала, что Сэм добр и отзывчив ко всем, но всегда было приятно, когда эти хорошие качества он проявлял именно к ней. Второй плед Сэм накинул ей на плечи.
- Ну так то лучше?- спросил он, довольный усаживаясь рядом.
- Спасибо Сэм, но было не обязательно…-
-Не обязательно?- рассмеялся Сэм - да у тебя же губы уже синие.
- Спасибо - сказала она. И они сидели молча, просто наслаждаясь свежестью после дождя, поздним солнцем и присутствием друг друга.
Сэму нравилось, когда Энни была рядом. С ней было легко и спокойно. Некоторые жители, даже считали, что они брат и сестра, из-за того что они всегда и везде были вместе.
Они познакомились еще, когда все их семьи были целы, и когда они вполне считали себя детьми, которых ничего не заботило. Боб Грин и Грегори Рей, их отцы, были хорошими друзьями и они посчитали, что и дети их должны дружить, в принципе так и получилось.
Сэм всегда забавляло то, как отец ведет себя с мистером Рейем, ведь какими взрослыми они не были по отдельности, но когда они были вместе они превращались в сущих детей. И сейчас они были бы рады видеть своих детей, которым так же хорошо вместе, как и было им.
Энни и Сэм вообще всегда мало разговаривали, им было хорошо просто быть рядом. Да и не было нужды в словах, ведь они знали, что в голове друг у друга. Казалось, помимо этих лет, которые они знают друг друга, они были знакомы еще несколько жизней до этого.
- Может с таким солнцем к вечеру земля более или менее просохнет и можно будет заглянуть в лес - промолвила она, продолжая ковырять землю
- Да, может быть - согласился Сэм, хотя прекрасно понимал, что солнце не просушит землю и в лесу будет грязно и холодно
Энни поломала палочку, которую держала в руках по пополам и вручила одну половинку Сэму, сгладила сапогом землю и начала рисовать. Это было их одно из любимых занятий. Кто-то начинал рисовать, другой присоединялся. Но каждый должен нарисовать что-то одно и в итоге должна сложиться картина. Никто никогда не знает, что получиться в итоге. Они рисовали вновь и вновь, и после каждого законченного рисунка, Энни разглаживала землю своим большим сапогом, и они начинали заново.