Сейчас, Сэм сидел на скамье, и вспоминал эти глаза. Она могла отказывать себе в еде, но отказать себе в какой-нибудь безделушки не могла. На очередную лекцию Сэма о бесполезности всего этого говорила: “Я съем хлеб и забуду, захотев через два часа есть снова, а на это можно смотреть каждый день и испытывать чувство радости”
Позднее лето выдалось очень холодным, но плохая погода не сократила пребывание людей, слонявшихся по улице, от этого мельтешения у Сэма начали болеть глаза. Но больше всего резали глаза киперы, которые, то тут, то там слонялись без толку и цепляли взгляд своей ослепительно белой формой.
Сэма всегда раздражал их вид. Они явно не боялись запачкаться. Да и не с чего было пачкаться таким как они. Единственно, что они могли это пригрозить электрической дубинкой, были, конечно, исключения, но уж очень редко, что бы брать их в расчет.
Раньше киперы были настоящие служители закона, на которых можно было положиться, а сейчас это просто кучка людей, которые решили обзавестись хорошей жизнью благодаря своей “избранности”. В киперы конечно брали не всех. Раньше на этот пост был строгий отбор по физическому и моральному состоянию, а сейчас просто брали тех, кого Власти считали достойными, и для этого вовсе не обязательно было иметь хорошую физическую форму, определенные знания или моральные устои, было достаточно разделять взгляды Властей.
По мнению Сэма, конечно, лучше жить в мире. Не трогать Власть и она не тронет тебя, такой уж был у него девиз. Правда, некоторые его не разделяли. В дальних городах, таких как Эксплэнд или Кин-Стор часто создавались группировки, которые постоянно бунтовали, у них даже иногда получалось захватывать власть в своих городах, правда все это продолжалось до тех пор, пока туда не пошлют небольшой отряд Ин-фектов. Именно не большой, потому что их много не надо.
Раньше Власти считали, что бунтарей лучше отправлять в тюрьму, первая из них была Бридевил-1, но после двух крупных восстаний, после которых была разрушена Бридевил-1, а после нее и Бридевил-2. Возвели Бридевил-3, но так ей и не воспользовались, потому что решили, что продуктивнее будет наказывать мятежников на месте. И другим будет урок, и проблем меньше.
Сидя на скамье, погруженный в свои мысли, Сэм замерз еще сильнее. Он поднялся и пошел туда, где ему хоть более или менее рады, к Кэт и Тиму Энеши.
Семья Энеши раньше считалась одной из самых больших семей Хайленда. Они жили несколькими поколениями в одном доме. Но вся эта большая семья свелась к минимуму буквально за год. Сначала умер отец, от побоев киперов, потом бабушка, дедушка, мать и младший брат.
Так и остались они вдвоем в большом доме, одни, брат и сестра. От них никогда нельзя было услышать жалобы или упреки. Им бы ненавидеть Власть, но они всегда нейтрально о ней отзывались. Несмотря на все это они остались людьми, самыми, что ни на есть настоящими людьми.
Сэм подошел к их дому, но войти не решался, он всегда чувствовал себя лишним среди них, хотя они всегда относились к нему хорошо. Они стали его семьей. Как только Сэм пришел на шахты, Тим сразу же начал его опекать. Помогал ему, подсказывал, частенько прикрывал, если Сэм не выдерживал и падал от усталости, как часто было по началу.
Брат с сестрой сильно отличались друг от друга. Как внешне, так и внутренне. Если Тим был невысокий, коренастый с круглыми чертами лица. Его волосы всегда были коротко острижены, но если он просрочивал со стрижкой, то они моментом кудрявились. Да и по характеру он был мягкий. Всегда старался помочь и поддержать, любил давать советы. Казалось, что он весь переполнен заботой, но ему не к кому ее проявлять, а тут подвернулся Сэм, на которого он и выплеснул все то, что накопилось.
Кэт же напротив, была до жути угловата. Все ее прямые черты лица были отражены и в характере. Да она была очень добра к тем, кто ей близок и дорог, но к обычным знакомым ее доброта не распространялась, а что уж говорить о посторонних. С чужими людьми она была груба и жестка. И если Тим готов был помочь всем и каждому, то Кэт по доброй воле просто так не стала бы никому помогать.