Пролог
Лес встретил умиротворяющей тишиной, заставляющей задуматься: может, эта тишина как раз-таки гробовая? Все, словно застыло, превращаясь в музейные фигуры и постановки. Даже верхушки деревьев присыпанные шапками снега выглядели совсем уж ненастоящими, сделанными иллюзией на быструю руку лишь для антуража. Но мороз разбредался по телу медленно, убивая мучительной смертью, оставляя черные венистые подтеки.
Зато река… ее движение можно услышать даже сквозь толстую корку льда. Босые ноги оставляли следы. Без этого никак, да и прятаться некуда: ни пещеры, ни в лесу деревьев с низко посаженными ветвями, за которыми следовало бы засесть и не выходить пока не придет помощь. Но разве я из слабых? И придет ли помощь? Мне нужно это сделать. Я иду дальше. Меня не остановит никто.
Ужасно холодно до такой степени, что зуб на зуб не попадает. Льняная рубашка и вовсе заставляет съежится. Она лишь мешает, не согревая мое трясущееся. Губ касается лишь холодный пар. Воздух обдает иглами, методично упивающимися в кожу все глубже и глубже.
Я одна. Вокруг никого более. Даже птицы, которые еще около часа назад пели свои невероятные звонкие песни, улетели либо же молчали, не намереваясь мешать или спугнуть.
Брошенная. Одинокая. Отверженная даже природой.
Слезы сами собой наворачивались на глаза, а я даже не могла пошевелить рукой. Кисть, словно окаменела, сотворяя неподвижную систему. Я шла против себя. Ноги продолжали идти, пока и вовсе не почернели. Тьма окутывает, принимая меня в свои ледяные объятия.
Неужели сдаюсь?
Все верно. Мне незачем подвергать кого-либо опасности вновь. Не хочу, чтобы близкие страдали рядом изо дня в день. Велен и Мара сделали все что могли. Теперь моя очередь жертвовать.
Каждый в своей жизни находит нужное время для жертвы, но не каждый готов в этот миг отдать ее. Я могу гордиться, ведь пришел час и я с гордо поднятой головой шагаю навстречу неизвестности, затягивающей меня в омут. Черная дыра, желающая закружить меня в водовороте, поднять над стылой землей и уронить камнем вниз, словно тряпичную игрушку, но только со сломанными вдребезги костями.
Меня никто не спасет. В голове вертелась только эта фраза. Она стучала все сильнее, пытаясь вырваться, стараясь угомонить меня и приготовить к борьбе. Приказывала мне все громче: спаси себя сама. Ни один здравомыслящий человек не протянет тебе руку помощи, навлекая на себя большую беду. Зачем им это, ведь так?
Глупая да ты же сгинешь! Сгнию точнее. На дне или где-то в лесу. Мое тело найдут на холодном снегу и только застывшие слезы в глазах будут видеть чистое небо без темных грозовых туч. А будут ли они видеть или запрут меня в вечности тьмы? Неясно, от того и больно.
Тело медленно оседает на лед. Силы на исходе, а я вспоминаю нашу богиню Аверин и прикрываю глаза. Люди ее такой и изображали на дорогих полотнах и иконах: сидящая во льдах, молящаяся на коленях и окутанная тьмой. Заблудшая и страдающая.
Хмыкнула, ухмыляясь, зачем вспоминать ее. Боги не снизойдут к нам, тем более те, кто почил когда-то еще в начале нашей человеческой жизни. На то она и святая, что умерла в мучениях, жертвуя собой ради других - создала мир, в котором мы живем. Она - ведьмина покровительница.
Черные щупальцы расползались и на ладонях. Они выпускали ядовитые цветы, украшая все тело узорами. Ну уж нет, только не это… Очерчиваю вокруг себя линию: ровную, цельную, осыпанную сушенными цветками люсмы. Они оберегают от темных существ, не впуская в круг ни ногой тех, кто таковым является.
Крик. Пронзительный крик разносился по округе, эхом звеня в воздухе. Ужасное звучание. Хотелось закрыть уши и больше никогда не слышать подобного.
Ладони прижимаются к вискам и только после очередного порыва ветра я понимаю, что это мой крик. Да больно, но теперь никуда не денешься. В кругу цвет будет уничтожать темное всегда, а так как по моим венам и телу она стремительно разносится с каждым биением сердца. Скоро оно и вовсе станет смольным.
Главное, чтобы никто не пострадал, а цветок поможет. Он не выпустит меня. Только свет либо душу абсолютно чистую, но теперь я таковой не являлась.
Помогут ли мне?
Нет, да и не стоит ожидать той диковинной помощи. Они только страдать будут потом. Такие как я больше не возвращаются к спокойной жизни. Единственное, что я сейчас вспоминала, сидя на льду, скольким людям я еще не успела помочь. Пускай те и неблагодарными были, но еще скольким нужна будет моя сила, скольким пригодилась бы эта мощь. Никогда не оставлять людей в беде. Так нас учила Верховная ведьма Сивар: “Будьте снисходительны, - велела она, - беда со всеми случается, каждого преследует, да так, что жизни спокойной не даст. Дак и у мереть не всегда мирно получится, ведь не знаешь, где именно клубок ваш придет к концу или нить кто обрежет”.