Майкл поправил очки на переносице. В фильмах герою никогда не приходилось беспокоиться о таких мелочах, как деньги. Даже нищие герои, такие как Человек-паук, могли путешествовать в альтернативные измерения в далеких звездных системах, казалось бы, никогда не беспокоясь о росте цен на газ. Однако, как оказалось, отправиться в приключение, чтобы найти подземный город, полный низкорослых, бледнолицых гремлинов, стоило недешево. Им нужно было поесть, а в пикапе Диггса осталось всего полбака бензина. Диггс оставил их в закусочной, когда отправился на поиски оплачиваемой работы в городе.
— Твой желудок стоит больше, чем мои очки. — Майкл постучал по темной оправе. — По крайней мере, у них есть цель, не как у той дурацкой бейсбольной биты, которую ты хотела купить Диггсу.
— Я думала о самозащите.
Майкл фыркнул.
— Ты собиралась попробовать использовать бейсбольную биту против монстров ВЕН? Если у тебя есть желание умереть, почему бы просто не броситься под поезд?
— Неважно, — сказала Лина. — Может быть, некоторые из нас не умеют швырять камни своими мозгами. — Колокольчик, висевший над входной дверью закусочной, издал веселый звон.
Лина высунулась из кабинки.
— Кстати, о балетных танцовщицах…
Из вращающейся двери за стойкой появилась дородная официантка с тугим седым пучком на голове. Пересекая зал, она поздоровалась с четырьмя девочками-подростками, стоявшими у двери, а затем подвела их к свободному столику. Девушки были одеты в разноцветные платья с блестками и часто поглядывали на свои светящиеся мобильные телефоны, когда садились. Их волосы были заколоты сзади блестящими золотыми диадемами. Записав их заказы на желтом планшете, официантка принесла красочно одетой четверке напитки, а затем поспешила обратно через вращающиеся двери на кухню.
— Почему они так одеты? — вслух поинтересовался Майкл.
— Они танцовщицы, — сказала Лина с легкой дрожью в голосе. — Они, должно быть, только что пришли с репетиции.
— Откуда ты знаешь? Может быть, в городе цирк.
Одна из девушек заметила пристальный взгляд Майкла и наклонилась к своим подругам. Мгновенно сотовые телефоны были опущены, и все взгляды обратились к их кабинке.
Майкл схватил меню и нырнул за него. От столика девочек донесся взрыв хихиканья, но он отказался поднять глаза.
— Вау, — сказала Лина. — Я не знала, что ты можешь это делать.
Майкл наклонил меню ровно настолько, чтобы видеть ее лицо.
— Что делать?
— На самом деле довольно аккуратно, во всяком случае, лучше, чем двигать шарики. Ты можешь научить меня?
— О чем ты говоришь? — рассеянно спросил Майкл. Он даже больше не смотрел на них. Почему они все еще хихикали?
— Ты можешь научить меня читать вверх ногами?
— Я не могу… о, черт, — Майкл швырнул меню на стол.
Снова хихиканье.
Глаза Лины были широко раскрыты и невинны.
— В чем дело, Майк? Разве ты не хотел перевернутый торт?
— Ты балда.
Лина развела руками.
— Откуда я знала, что ты не умеешь читать вверх ногами? Может быть, у тебя аллергия или что-то в этом роде. Тебе сделали прививку от щенячьей любви?
Рюкзак зашуршал.
— Что такое щенячья любовь, Пробужденный? И когда этот получит свое имя?
— Помолчи, любопытный, — прорычал Майкл.
— У этого будет имя невидимый, Пробужденный?
— Может быть, тебе стоит обратиться к окулисту, — предложила Лина.
Майкл толкнул рюкзак локтем.
— Невидимый — это не имя. А теперь помолчи, — прошипел он кукольному человечку. — И заткнись, Лина.
— Этот не хочет быть тихим, Пробужденный.
Лина кивнула в сторону стола.
— Наверное, мне следует рассказать тебе. Эти танцовщицы пялятся на тебя.
— Этот желает узнать свое имя, Пробужденный.
— О, ради всего святого… — Майкл с силой хлопнул меню по столу, опрокинув солонку. Почти идеальная линия белой соли рассыпалась по меню, подчеркивая название, написанное крупными буквами на обложке.
Пришло вдохновение.
— Джерико, — объявил Майкл. — Тебя зовут Джерико, а не Лина, ладно, или зануда, или как там тебя еще. Я Майкл, а ты Джерико.
Рюкзак сдвинулся с места.
— Это… Джерико. Ты — Майкл, Пробужденный.
— Достаточно близко, — сказал Майкл. — Теперь, когда у тебя есть имя, не мог бы ты, пожалуйста, помолчать?