Пробовала она искать свет в ендрах почти бесконечного снега, нашла необычные камни всех цветов. Увы, жители лишь презрительно фыркнули: «это что-то серое, скучное».
Заскучала, взяла задумчиво Мерзлячка снег в руках и заметила, то он превратился в ласковый ручеек, дающий жизнь изумрудной радости – травке. «и снег можно приручить, он полезен!» - собиралась радостно сообщить она друзьям, а они отвернулись. «нам некогда выслушивать эту ерунду!» - на одном дыхании отрезали они.
Они день-деньской тратили все свое внимание каким-то пыльным массивным игрушкам, пускающих над их головами неведомую душную и призрачную смесь. Однако что-то таилось за нею – свежий, светлый воздух. Мерзлячка с искринним восторгом обнаружила это и стремилась предупредить жителей в том, что их чувства, напитанные душной смесью, скоро станут каменными.
«Камень – стабильность, комфорт. Этого нам и надо! Пусть!» - только и усели бросить они ей в след, углубляясь в темные, крепкие норы.
Одиноко стало Мерзлячке: ее окружали только неистовые ветры, бездумные мудрецы, их норы и…что-то там, над ее головой. Она убедилась, что там есть свет, столь желанный страдающими от собственных ловушек людьми.
И, укутавшись потеплее, стала храбро подниматься вверх по белой лестнице, которой не смели касаться ветры. Навстречу свету!...
Игра в миг (под впечатлением от мелодии "Psychatric" Mylene Farmer)
Обещала мне так и остаться игрой, приятно позабавившей сказочно скользящими по словно воде лучиками чего-то, вроде луны…
Только…она стала чем-то больше, чем обещала быть, может, волной восторга у публики,может… нет – лишь зыбью невесть откуда взявшейся воды на скользких гранях плит.
В начале…на них-то и была вся надежда – жонглированием крохотными шариками под пляску нажердочке, в неудобном костюме и гриме, уж давно не удивишь публику, ведь ее всенесло куда-то в неосязаемый, почти воздушный, но необычайно яркий мир (как же можно было что-то придумать увлекающее, что бы захватило ее и принесло вожделенный сюжет в программе, а, если повезет, то и гонорар?); но еще казалось возможнымчто-то успеть, употребляя и свое умение, только надо посоветоваться с товарищами…
Сам не пойму, чем занимались все время для репетиций они, но, едва те показались мне на глаза, в одних костюмах и с дохленьким чемоданом, из которого вывалились ракетки для пинг-понга (без единого шарика) со скомканными бумажками денег, я понял – все, на что я тратил все силы и нервы, обречено на провал.
Не в состоянии держать себя в руках от чувства нависшего надо мною предательства,я выругался на них и, в качестве какой-никакой моральной компенсации важно отняв у них чемодан (предварительно вытрусив из него содержимое), я твердо изрек им, что «сам смогу попасть в шоу и без их шаткой поддержки, выиграть, а они пусть хоть лопнут от зависти»; отправился на поиски хоть и набора для большого тенниса (им я тоже когда-то тренировался жонглировать).
Увы,ничего подходящего не находилось и, словно униженный, выставленный на, голодную холодом, улицу, пес, я готов был броситься за товарищами и вымаливать у них прощение, соглашаясь уж на прежнее существование в сомнительном месте, с трудом которое силился назвать «парком для развлечений».
Тутмне в глаза… ударил чуть ли не запах океана, ослепляющего сотнями искр почти настоящей лунной дорожки, убаюкивающей тихим шелестом волн; от неожиданности ничего не пришло умнее в голову, как протереть глаза кулаками, проверяя не обман ли то зрения.
Наверное,к счастью, нет, то было реальностью – игра теней и различных красок моря, едва мелькающий туман пейзажей океанского дна и… самая прелестная рыбка, которую якогда либо видел – крохотная, утонченная, словно парящая на огромных крыльях плавников, напоминающих лепестки феерического цветка, переливающаяся почти белоснежно-розовыми хрупкими контурами.
Мои глаза… не могли оторваться от ее беспечной игры в морских глубинах и, в то же время, едва поспевали за ней: рыбка то вертелась быстро-быстро на месте вплотной кисее океанской воды, то прыгала на все лады через кораллы, то пятилась назад и каталась на волнах, как-то призрачно отражающихся на ее роскошных плавниках…
Казалось,я готов был наблюдать это бесконечно, тот дивный будто сон наяву, но тут… над головой снова стало ясно, чуть душно и серо (точно туман волшебного океана растаял), и кто-то недовольно отметил: «Очень неплохо, крошка!... Но чего-то не хватает, от чего бы у зрителя захватил дух!... Сейчас смекнем!...».