Но при этом меня не покидало чувство, что я должна сделать выбор в твою пользу. Что сам Степа, где-то глубоко внутри, хотел, чтобы я не пришла к нему. Иначе, зачем бы ему все это мне рассказывать. Я представила, как у нас с тобой сложится жизнь, Сашенька, как мы с тобой будем жить вместе, такие чужие друг другу, такие несчастные…
С другой стороны, разве лучшая судьба ждала меня со Степой? Быть нянькой-мамкой, отбирать у него бутылку, заставлять работать, хотя бы по несколько часов в день. Быть спутницей гения, человеком, о котором никто никогда не узнает, но благодаря которому мир получит новые картины, новые пьесы, новые мелодии…
Сложный выбор, такой разный, но такой одинаковый. Где в нем я? Где та самая Маша, которая так удивительно родилась 11 марта, которая словно застыла в ожидании чего-то прекрасного?
Я нашла в интернете советскую постановку Евгения Онегина и включила ее. И снова, как и в театре, меня окатило, захлестнуло, потащило. Я слушала, закрыв глаза, а слезы текли по моим щекам, и я чувствовала, что вокруг все мокрое – и мое лицо, и подушка, и шея, и плечи. А потом я заснула.
Утром в среду я встала абсолютно здоровая, веселая и с уже принятым решением. Конечно же, я поеду к Степе завтра. Мне очень хотелось сделать это прямо сейчас, но он дал мне два дня на подумать, и я не хотела нарушать его просьбу. Напевая арии из Евгения Онегина, я в каком-то лихорадочном возбуждении начала разбирать свои вещи, словно деля свою жизнь на новую и старую.
Я собрала совсем чуть-чуть вещей, которые переедут со мной к Степе, остальные вещи я без сожаления вынесла на помойку. Дальше я подумала о том, что мне, конечно же, придется уволиться, потому что моя прошлая жизнь остается в прошлом, и уж тем более я не хочу больше пересекаться с тобой. Но Степа не работал, а жить нам на что-то придется, поэтому я разместила резюме, потом подумала о том, что мою студию можно будет сдать и это позволит гасить ипотеку, и объявление об аренде тут же появилось в социальных сетях и на авито.
Постоянно звонил телефон – это ты названивал. Трубку я не брала, прости. К вечеру я была полностью готова к переезду. И тут раздался звонок в дверь. Это ты пришел. Честно, я так и не поняла, зачем ты приходил и что ты от меня хотел. Но ты меня, конечно, прости, я должна была впустить тебя: разговаривать через закрытую дверь, это оскорбительно с одной стороны, и унизительно с другой. Прости, Шурик, но мне казалось, что если я тебя впущу, то все откатится назад, как когда прокручиваешь кинопленку в обратном направлении, и вся моя новая жизнь исчезнет, растворится, будто ее и не было никогда.
Ты был сдержан, спокоен, ты говорил, что был не прав тогда, когда я спросила тебя о женитьбе, что ты просто не готов еще к такому ответственному шагу, что ты обдумал все, и если мне это важно, то мы можем пожениться прямо сейчас. Ты говорил, что переживаешь за меня, что не понимаешь, почему я последнюю неделю такая эмоциональная, заведенная и ранимая, ты говорил, что видел мое объявление об аренде квартиры и хочешь, чтобы я тебе объяснила, что вообще происходит…
А я, Сашенька, стояла, прислонившись спиной к двери, слушала тебя и понимала, что ты опоздал, что теперь уже все решено, и ты потерян для меня безвозвратно, я вкусила настоящей жизни и не вернусь в твою (мою?) симуляцию…
Вдруг ты замолчал. Было ясно, что ты все сказал и ждешь от меня ответа. Но, что я могла ответить тебе? Только то, что сказала тогда:
- Саша, прости, слишком поздно. Я приняла решение, которое изменит мою жизнь, нам не стоит больше встречаться, но ты хочешь объяснений, и ты их получишь. Я напишу тебе письмо. А теперь уходи.
И я отошла от двери. Ты больше не звонил, хотя мне казалось, что ушел ты далеко не сразу. Прости меня еще раз. Но, надеюсь, что прочитав это письмо, ты все поймешь обо мне, поймешь, что со мной случилось и примешь мое решение.
Я начала писать сразу после нашего разговора, а теперь уже четыре часа утра, и я наконец-то закончила. Перечитывать не буду, страшно. Завтра отправлю письмо почтой, так что не обессудь.
С любовью и благодарностью за все, Маша.
20.03.2019
Часть 2. 21.03.2019
Сегодня был ужасный день. Даже не так, худший день в моей жизни. Сегодня умерла Маша. Я иногда раньше задумывался, как же это происходит, как в таких случаях находят родных-знакомых, но оказалось, что все настолько банально, что и думать было не о чем.