Но, к сожалению, бывают ситуации, когда ты не можешь продолжать делать то, что тебе нравится. Быть душой высокого уровня означает учить более молодых, передавать им свои знания и опыт, и мне пришлось стать куратором. Куратором ангелов-хранителей, учить их тому, с чем я не смог справиться сам. Обычно души долго работают в связке. Сначала нулевой уровень приставлен к первому, потом первый становится вторым и уходит в ангелы-хранители, а бывший нулевой уровень становится его подопечным. Потом хранитель становится куратором, а его подопечный хранителем. Но бывают ситуации, когда по тем или иным причинам появляются души, у которых нет постоянного напарника. И вот такие достались мне. Всего у меня под началом пятнадцать душ. Три, вернее четыре, - он подмигнул, пытаясь разбавить легкий флер грусти, который навеял его рассказ, - из них тебе знакомы.
Начну я, пожалуй, с Кая, - Хисп снова замолчал, тяжело вздохнул, и вздох его отозвался в моей душе резкой болью, - хотя хронологически надо бы начать с Сиуса и Гэррота. Но Кай, он особенный. Он очень похож на меня, каким я был несколько тысяч лет назад. И это его первый опыт в роли хранителя, увы, провальный. Как тебе известно, уже начиная с первого уровня, душа получает задание на жизнь. Вместе с ангелом-хранителем и его куратором, а также с другими хранителями и кураторами разрабатывается подробный план, который учитывает потребности всех воплощающихся. Это тщательно продуманная и очень хрупкая система, малейшее отступление от плана и все летит в тартарары. Обычно души хорошо помнят знаковые вехи, знаешь, когда бывает, что ты четко знаешь, какое именно решение должен принять. Это остаточная память – чтобы не отойти от плана. Ну и, конечно же, ангелы-хранители приставлены к душам в том числе и для того, чтобы напомнить, направить, помочь.
Так вот наш Кай никогда, честное слово, никогда не придерживался плана. Его всегда уводило в сторону, даже когда ему оставляли воспоминаний больше, чем обычно оставляют, даже тогда, когда его хранители делали ему не то, что намеки, а конкретные такие предупреждения, которые невозможно не заметить, - Хисп улыбнулся, явно это свойство Кая ему импонировало, - нет, у Кая свой особый путь. Знаешь, есть люди, для которых вопросы чести превыше всего. Вот Кай такой. Это он один из тех ранних христиан, которых бросали на съедение львам, это он, кто молчит на допросах, это он, кто первым лезет на баррикады во время революций и умирает от голода и жажды в осажденных городах, это он заходит в газовую камеру со своими товарищами, когда есть возможность спастись, это он бросается грудью на амбразуру, это он берет вину на себя ради общего дела… Сначала его пытались исправить, но, знаешь, мне кажется, он особо не вникал в жизненные планы, перепитии судеб, потому что сразу знал, что ему надо быть там, где заварушка. Его хранители отказывались от него, потом о нем уже прошел слух, и никто не желал его брать к себе в подопечные. Вот и вышло так, что постепенно ему стали создавать очень неопределенные жизни, без заранее продуманных связей и судьбоносных событий, он поистине каждый раз строил свою жизнь сам. При этом он крайне честный, крайне добрый, крайне отзывчивый, все эти качества позволили ему дорасти до второго уровня. И, скажу тебе по секрету, быть хранителем совсем не его. Его уговорили. Каждый должен попробовать. Когда мы становимся опытнее, мы должны думать не только за себя, но и за других, иначе влиться в источник, который не думает о себе совершенно, будет очень тяжело. Нужно постепенно отказываться от собственного я. Но это непростая задача.
Зная характер Кая, кураторы не захотели его брать. А мне он нравится, мне он всегда нравился именно своей непредсказуемостью, поэтому я согласился работать с ним. Мы специально выбрали для него похожую душу с неопределенной судьбой, чтобы Каю было, где развернуться. И он развернулся, - Хисп грустно усмехнулся, - а мне теперь расхлебывать.
Он взялся за воспитание Степана с такой резвостью и однозначным желанием довести дело до положительного результата, что мне постоянно приходилось его одергивать. Правила, правила, правила, - так сложно не нарушать их… Возможно это внесло разлад в наши отношения, но тут, конечно же не обошлось без Инны… Увы, я очень поздно заметил ее участие. И до сих пор не очень хорошо понимаю, насколько мы все увязли… Но тебе расскажу все, что знаю.
Она явилась к Каю под видом третьего уровня. Не представляю, как он мог забыть, что никто из кураторов не хотел его брать, что я был единственным, готовым решать его проблемы… Но он забыл, или предпочел не помнить. Не знаю. Она втерлась к нему в доверие и начала учить, как повлиять на Степана. О, конечно же, придется немного нарушить правила, но твой куратор ничего не узнает, если ты сам ему не расскажешь, если ты будешь вести себя идеально и во всем с ним соглашаться.