Когда песня закончилась, он внезапно сказал:
- Маша, у меня есть к тебе деловое предложение.
Я снова застеснялась, и только кивнула в ответ – мол, продолжай, я слушаю.
- У меня есть друг с музыкалки, только он не такой ленивый и не такой пьющий как я, поэтому играет в оркестре в Михайловском театре, и у них завтра генеральная репетиция как раз Евгения Онегина. И он меня звал, но один бы я не пошел, да и слышал я эту оперу много раз, а ты такая вся непросвещенная, - он замялся, - в общем, пошли со мной завтра в театр.
Я удивленно на него посмотрела, пытаясь придумать какую-нибудь отмазку. Потому что в этот самый момент мои эмоции («Да, да, пойдем, конечно, спасибо, это классно») боролись с моими разумом («Маша, делай ноги, ты его не знаешь совершенно. И завтра тебя найдут в канаве»). Пауза затянулась. Он смотрел на меня выжидательно и словно жалел о своем порыве. Потом раздраженно дернул плечами:
- Я не клеюсь. Это просто акт помощи человеку, никогда не слышавшему Чайковского, - и улыбнулся.
До этого он улыбался только глазами, а тут улыбнулся широко, обнажив не очень ровные прокуренные зубы. Но улыбка у него была приятная, мне подумалось, что вряд ли он планирует меня зарезать, или задушить, или расчленить, или что-нибудь подобное, поэтому согласилась.
- Супер, - довольно сказал он, - тогда давай завтра без пятнадцати десять встретимся у входа в театр.
- Договорились, - сказала я, - Спасибо тебе за все, до завтра, - и помахала ему рукой.
Он снова улыбнулся и помахал мне в ответ.
Я, задумавшись, пошла к выходу в город. Степа меня догнал и сунул мне в руку бумажку с телефоном:
- Это чтобы ты могла предупредить, если передумаешь, и чтобы тебе было стыдно слиться, - проговорил он и убежал обратно к своим вещам, а я побрела к надписи «Выход в город».
Часть 1. Глава 4
Я вышла на Садовую, погода была неплохая, ветра не было, небо было почти не затянуто и кое-где даже пробивалось солнышко. Чувствовалась весна. Народу было не очень много, что и не удивительно, народ в центр начнет подтягиваться попозже. На душе у меня было очень спокойно и ровно. Будто я сделала все правильно, и продолжала идти в правильном направлении.
Чтобы переварить все, что со мной произошло, я решила пройтись, но для начала нашла нужную мне арию в инете, скачала ее, потом надела наушники и пошла в строну Невского проспекта. Я редко бываю в центре, город знаю плохо, хотя во времена студенчества и тусовалась достаточно активно.
Теперь на мои расстроенные нервы такая прогулка пришлась очень кстати. Санкт-Петербург такой Санкт-Петербург, прости за тавтологию. Никогда кстати не понимала ни восторженных, ни раздраженных отзывов об этом городе. Мне всегда казалось: город как город, большой, миллионник, с историей, но при этом не такой агрессивно-страшный как Москва. Тут больше вероятность найти свое место под солнцем (ха-ха, под тучей). Слушай, а я никогда не задумывалась. Ты же тут родился, как ты относишься к своему городу? Я вот, что тебе хочу рассказать. Пока я жила без чувств и без эмоций, только разумом, это город был чужим для меня, я его не чувствовала и он со мной не разговаривал.
Но в тот день, когда я гуляла, он вдруг дохнул на меня всей своей серой эмоциональностью, своей послезимней пылью, своим угрюмо-высокомерным настроем. И при этом он раскрыл мне красоту своих зданий, стройность и выверенность проспектов (и я сейчас, конечно, не про Девяткино говорю), он дал мне окунуться в свое незаслуженное второе место, окутал меня, обуял и принял.
Так вот, я слушала совершенно дивную музыку, шла от одной прекрасной улицы к другой не менее прекрасной. Мимо проходили люди, ехали машины, а я вдыхала пыльный загазованный воздух полной грудью, щурилась под периодически выглядывающим солнцем, и была абсолютно и бесповоротно счастлива.