Выбрать главу

- Ты скоро будешь дома. Ты проведешь анализ и выберешь дальнейший путь.

Боже, как слащаво и по-книжному это звучит. В моей истории должен быть другой конец:

- Я не хочу другого пути, я хочу назад в Питер, там остался мой брат, и он страдает. Там остался Степан, - я на миг запнулся, а потом решил, что для меня он Степан, и больше я не буду притворяться, - и ему нужна помощь и опека, он остался без хранителя. Я хочу вернуться в начало и прожить жизнь согласно плану. Вместе с ней, - и я прижал к себе Машу так близко, как только мог, искры от нас снова полетели веером.

- В самое начало?

В голосе послышалась ирония. Но меня не проймешь:

- Будет достаточно вернуть нас туда, где еще не началось вмешательство!

- Кво?

Машин голосок прозвучал необыкновенно твердо и уверено:

- Да!

Сверкнула молния, и последнее, что я услышал, был отдаленный звук грома:

- Да будет так.                                                                    

Часть 3. Глава 7

Меня как-то резко выдернуло из сна. Было еще совсем темно, в открытую форточку врывался холодный ветер, и было слышно, как тихонько шелестят занавески. Первой моей мыслью было: «Какой странный я видел сон». А потом, перед моими глазами калейдоскопом картинок пронеслось все, что произошло. В кромешной тьме я начал шарить по тумбочке в поисках телефона.

Найдя его, я нажал сбоку кнопку, что узнать, сколько времени: «04.21 Пн.Мар.11» высветилось на экране и тут же погасло. И снова передо мной понесся рой кадров: кладбище, берег реки, Тучков мост, долина среди скал.

И вдруг я все понял. Я вскочил, снова схватил телефон и пошел в интернет. Мой запрос был необыкновенно прост: «какое сегодня число», мне даже не пришлось нажимать на кнопку «найти», потому что сразу под строкой поиска жирным шрифтом появилась надпись: «11 марта 2019».

Несколько секунд я сидел и тупо смотрел на экран, а потом он снова погас, зато загорелся я. Я начал бешено метаться по квартире в поисках одежды. Найдя наощупь штаны, я сообразил, что можно включить свет. Затем глубоко вдохнул и выдохнул, состояние лихорадочного возбуждения напоминало то, которое обычно предшествовало припадку, но все-таки было немножко другим. Я понимал, что могу себя контролировать, просто все происходящее настолько невероятно и удивительно, что мне не терпелось все проверить.

Кое-как одевшись, я схватил ключи от машины и побежал на стоянку, где она обычно стояла. На улице было темно, ни единого отблеска звезд или луны, небо затянуто тучами, где-то вдалеке фонари освещают улицу, в редких окнах горит свет. Кто-то уже встал, а, может быть, еще не ложился…

Мне пришлось долго стучать в будку охранника, пока, наконец, он не выполз заспанный и злющий. Покрыв меня отборным трехэтажным матом, он отпер ворота и дал мне выехать.

По пустым ночным дорогам мое путешествие заняло каких-то полчаса. Вот так вот с одного конца города на другой, за 30 минут вместо обычных двух часов или часа с небольшим на метро. Всегда бы так.

Дверь в парадную была открыта, кто-то снял доводчик. Консъержка спала и даже не заметила, как я проскользнул мимо нее. И вот я стою у заветной двери, весь напряженный и немного испуганный. А что если она ничего не помнит? А что если это был только сон?

Ну и пусть, пусть мне все приснилось, но ведь в этом сне я понял главное, так какая разница помнит она что-нибудь или нет, моей любви хватит на двоих. Я нажал на звонок. Тонкий пищащий звук разнесся по лестничной клетке. Я нажал еще раз, еще и еще, потом я просто прижал кнопку пальцем и держал ее, пока не услышал, что дверь открывают изнутри.

Дверь распахнулась, и она возникла на пороге: растрепанная, заспанная, босая в смешной пижаме. От ударившего в глаза яркого света, она на минуту зажмурилась, а я стоял перед ней и ждал. Чего?

Наконец, она привыкла к свету и обратила на меня свои дивные глаза. В них пронесся невероятный спектр эмоций: удивление, радость, осознание… И когда в ее глазах мелькнула бесконечная нежность, я уже не мог больше сдерживаться, я обхватил ее крепко-крепко, так, что чувствовал сонное тепло ее тела и каждую тонкую косточку ее плеч и груди.

Я не помню, как мы зашли в квартиру, просто свет вдруг исчез, и осталась только темнота, только наши руки, наши губы, наши тела, наши чувства и эмоции.