- За все поступки мистера Гудвина, как моего помощника, здесь отвечаю я. Вы обвиняете меня в злом умысле?
- Нет, нисколько. Пожалуй, я скверно начал. Сейчас я попытаюсь изложить вам ситуацию с нашей точки зрения, а вы поправите меня, если я заблуждаюсь. Итак, человек по фамилии Уэлман нанял вас расследовать смерть его дочери. Вы решили, что существует связь между её смертью и двумя другими, а именно, Леонарда Дайкса и Рейчел Эйбрамс. И...
- Не решили, а предположили. Это рабочая гипотеза.
- Хорошо. И вы действуете в этом направлении. Гипотезу свою вы выдвинули, исходя из двух фактов: появления имени Бэйрда Арчера во всех трех случаях и насильственной гибели всех троих людей. Второй - это чистое совпадение и не имел бы никакого значения без первого. Если рассуждать объективно, ваши предпосылки не выглядят убедительными. Поэтому мы подозреваем, что вы разрабатываете свою гипотезу лишь потому, что не нашли ничего лучше, но, мы можем и ошибаться.
- Нет. Вы совершенно правы.
Адвокаты обменялись многозначительными взглядами. Фелпс - ходячая энциклопедия шести с лишним футов ростом - что-то пробормотал, но я не разобрал слов. О'Мэлли - тот самый экс - был единственным, кто даже глазом не моргнул. Чересчур поглощен своей тоской.
- Конечно, мы не вправе ожидать, что вы выложите карты на стол, трезво рассудил Корриган. - Мы пришли сюда не расспрашивать вас, а ответить на ваши вопросы.
- О чем?
- Обо всем, что имеет отношение к делу. Мы готовы раскрыть перед вами все карты, мистер Вулф; собственно говоря, нам ничего другого не остается. Буду откровенен: наша контора оказалась в очень уязвимом положении. Еще одного крупного скандала мы не выдержим. Чуть больше года прошло с тех пор, как наш старший компаньон был лишен практики, едва избежал суда за уголовное преступление. Это был страшный удар для нашей конторы. Мы реорганизовались, прошло несколько месяцев, и мы стали постепенно отвоевывать утраченные позиции, когда убили нашего доверенного делопроизводителя Леонарда Дайкса, и старые грехи опять всплыли. Ничто не связывало исключение О'Мэлли из адвокатуры со смертью Дайкса, но у нас любят устраивать шум из ничего. Второй удар причинил нам ещё больший ущерб, чем первый, но время шло, убийство Дайкса оставалось нераскрытым, и слухи стали было затихать, как вдруг вспыхнули с новой силой из-за убийства совершенно неизвестной нам молодой женщины по имени Джоан Уэлман. Правда, на сей раз урон был не столь велик. Полиция пыталась с нашей помощью или с помощью сотрудников конторы напасть на след человека, которого звали Бэйрд Арчер или который называл себя так, но ничего не вышло. Через неделю бесплодных усилий полиция оставила нас в покое, но с недавних пор они снова зачастили к нам; причин мы не знали, но теперь выяснили, что это связано со смертью ещё одной незнакомой нам молодой женщины по имени Рейчел Эйбрамс. И вот тогда, как по-вашему, разве не имели мы права считать, что нас преследуют?
- Думаю, мое мнение не играет роли, - пожал плечами Вулф. - Вы и впрямь имели право считать, что вас преследуют.
- Да, конечно. От нас и теперь не отстают. Но больше так продолжаться не может. Как вы знаете, эта Эйбрамс погибла три дня назад. И полиция снова пытается выйти на след Бэйрда Арчера, хотя совершенно очевидно, что если бы в нашей конторе хоть одной живой душе было что-нибудь известно об этом имени или самом Бэйрде Арчере, то полиция давно бы об этом узнала. Тем не менее сейчас нам ничего не остается, как сидеть сложа руки и ждать, пока они найдут этого проклятого Бэйрда Арчера, да надеяться, что со временем все уляжется. Так нам казалось ещё вчера. А знаете, что произошло в суде сегодня днем? Луис Кастин выступал защитником по важному для нас делу, а в перерыве к нему подошел представитель обвинения и сказал... Что он сказал, Луис?
- Он спросил, - заерзал на стуле Кастин, - не подыскиваю ли я себе новое место, чтобы не остаться без работы, когда лопнет наша фирма. - Голос его звучал довольно резко и никак не соответствовал сонному виду. - Он пытался вывести меня из себя, чтобы склонить процесс в свою пользу. Но у него ничего не вышло.
- Вот видите? - обратился Корриган к Вулфу. - Еще вчера все было иначе. Пока не принесли коробки с орхидеями и записками от вашего Гудвина. А сегодня мы узнали, что происходило вчера вечером. И что происходило здесь, и что Гудвин сказал одной из наших сотрудниц, будто вы полагаете, что ниточка к убийце Джоан Уэлман тянется в нашу контору, и что вы от неё не отступитесь. А мы достаточно наслышаны о вас и ваших методах, чтобы понять, чем это нам грозит. Пока вы одержимы идеей, вы ни перед чем не останавливаетесь. Полиция может от нас отстать, и слухи стихнут и даже сойдут на нет, но вы от нас не отстанете, и мне даже страшно подумать, как это скажется на персонале конторы. Они и так вчера чуть не передрались по вашей милости.
- Чепуха! - вмешался я. - Они уже давно грызутся.
- Они уже поостыли. А вы их завели да ещё пригласили потерявших дочерей отца и мать, чтобы наши сотрудницы совсем утратили самообладание. Одному богу известно, на что вы ещё способны. - Корриган вновь обратился к Вулфу: - Итак, мы решили с вами встретиться. Спрашивайте нас, о чем хотите. Вы говорите, что для вас это рабочая гипотеза, в таком случае проверяйте её. Вы расследуете убийство Джоан Уэлман и полагаете, что один из нас или, возможно, мы все можем оказать вам помощь. Мы к вашим услугам. Пора кончать с этим делом.
Корриган посмотрел на меня и вежливо попросил:
- Вы не дадите мне немного воды?
Я посчитал само собой разумеющимся, что он имел в виду не только воду, и уточнил, что именно, одновременно нажимая кнопку - сигнал для Фрица, поскольку мне не полагалось отлучаться во время совещания. Заодно я осведомился, не найдутся ли ещё охотники промочить горло. В итоге двое из них предпочли бурбон, двое - скотч, а один заказал водку. Они переговоривались вполголоса. Бриггс, придурковатый моргун, встал со стула, чтобы чуть-чуть размяться, и пересек комнату, пожелав полюбоваться нашим здоровенным глобусом, и, возможно, заодно попытаться определить свое местоположение. Я заметил, что Вулф не велел принести себе пива, что, на мой взгляд, не лезло ни в какие ворота. Я не имею ничего против его привычки избегать совместной выпивки с возможным убийцей, но нынешних гостей он видел впервые и не имел против них никаких улик. Типично ослиное упрямство, только и всего.
Корриган отставил в сторону наполовину опустевший стакан и сказал:
- Начинайте.
- Насколько я вас понял, сэр, - пробурчал Вулф, - вы хотите, чтобы я расспросил вас и убедился, что моя гипотеза безосновательна. Это может растянуться на весь вечер. К сожалению, мой ужин ждать не будет.
- Мы можем уйти и возвратиться позднее.
- И я не могу поручиться, что мне хватит одного часа или даже дня, чтобы прийти к определенному выводу.
- Мы согласны. Главное, чтобы вы от нас отстали как можно быстрее и не причинили конторе и её репутации ещё большего вреда.
- Очень хорошо. Тогда вопрос. Кто из вас первым предложил встретиться со мной?
- А какое это имеет значение?
- Я задаю вопросы, мистер Корриган.
- Да, да. Это предложение внес... - Старший компаньон запнулся. - Да, верно, Фелпс.
- Ничего подобного, - возразил Фелпс. - Вы зашли ко мне и спросили, что я об этом думаю.
- Тогда, значит, вы Фред?
Бриггс заморгал.
- Не знаю, право, Джим. Я вечно что-нибудь предлагаю, быть может, и на сей раз... Помню только, Луис позвонил мне, когда у него был перерыв на обед, уточнить кое-какие цифры, и мы с ним обсуждали встречу с мистером Вулфом.
- Верно, - согласился Кастин. - И вы сказали, что обдумываете этот вопрос.
- Черт возьми, сколько же вы будете мусолить ответ на элементарный вопрос?! - послышался язвительный возглас. Это не выдержал Конрой О'Мэлли, экс-компаньон. - Предложение исходило от меня. Я позвонил вам около одиннадцати. Джим, вы рассказали про вмешательство Ниро Вулфа, и я сказал что единственный выход для нас - встретиться с ним.